Книга Эпоха невинности. Итан Фром, страница 156 – Эдит Уортон

Своей жены Арчер не видел с вечера накануне. Утром он рано отправился на службу, где с головой ушел в массу каких-то ничтожных дел, после чего его еще неожиданно задержал приход одного из старших партнеров, так что домой он вернулся так поздно, что Мэй к Вандерлиденам поехала одна, отослав назад карету для него.

Сейчас на фоне скитерклиффовских гвоздик и массивного столового серебра она показалась ему необычно бледной и слабой, но глаза ее блестели, и говорила она с преувеличенным оживлением.

Предмет беседы, возбудивший мистера Силлертона Джексона в который раз окунуться в любимые свои воспоминания, был выбран хозяйкой дома намеренно, как это решил Арчер. Ужасный крах Бофорта, а вернее, положение Бофортов после краха еще оставалось плодотворной темой для гостиного моралиста, и после глубокого и всестороннего обсуждения и вынесения обвинительно приговора миссис Вандерлиден обратила свой безупречно честный взгляд на Мэй Арчер:

— Неужели, милочка, то, что я слышала, может быть правдой? Мне рассказывали, что карету вашей бабушки Мингот видели стоящей возле двери миссис Бофорт. – Примечательно, что возмутительницу общественного спокойствия миссис Вандерлиден с некоторых пор не называла по имени.

Мэй покраснела, и миссис Арчер поспешно вставила:

— Если карета там и стояла, то я совершенно убеждена, что миссис Мингот не была осведомлена об этом.

— Да? Вы думаете?.. – Миссис Вандерлиден осеклась и со вздохом покосилась на мужа.

— Боюсь, – сказал мистер Вандерлиден, – что это доброе сердце мадам Оленска заставило ее нанести столь неблагоразумный визит миссис Бофорт.

— Или же тяготение к людям необычным, – сухо заметила миссис Арчер, в то время, как взгляд ее самым невинным образом был устремлен прямо в глаза сыну.

— Мне жаль подозревать в этом мадам Оленска, – сказала миссис Вандерлиден, а миссис Арчер пробормотала:

— Ах, милая, и это после того, как вы дважды принимали ее в Скитерклиффе!

Вот тут-то мистер Джексон и воспользовался случаем ввернуть нечто из любимых воспоминаний.

— В Тюильрийском дворце, – повторил он, когда глаза всех присутствующих с ожиданием обратились к нему, – моральные рамки во многих отношениях не столь жестки, и если только поинтересоваться, откуда взялись деньги у Морни!^[53] Или кто платил долги некоторых придворных красавиц…

— Надеюсь, дорогой Силлертон, – сказала миссис Арчер, – что вы не предлагаете, следуя их примеру, ослабить и нам жесткость наших рамок?

— Я никоим образом этого не предлагаю, – невозмутимо ответил мистер Джексон, просто думаю, что иностранное воспитание мадам Оленска могло сделать ее не столь щепетильной…

— Ах, – дружно вздохнули старшие дамы.

— И все же ставить бабушкину карету возле дверей растратчика!.. – пылко возразил мистер Вандерлиден, и Арчер подумал, что весь этот пыл вызван воспоминанием об охапках гвоздик, которые тот слал в маленький домик на Двадцать третьей стрит. Вандерлиден помнит это и потому так негодует.

— Я, конечно, всегда говорила, что взгляды ее отличаются своеобразием, – подвела итог миссис Арчер.

У Мэй покраснел даже лоб. Взглянув на сидевшего напротив нее за столом мужа, она неожиданно выпалила:

— Я уверена, что Эллен так поступила из добрых побуждений.

— Люди неблагоразумные часто действуют из добрых побуждений, – сказала миссис Арчер, будто посчитав, что приведенный довод вряд ли может служить оправданием. А миссис Вандерлиден пробормотала: