Книга Лорна Дун, страница 319 – Ричард Додридж Блэкмор

Однако, внезапно подняв усталые глаза, женщина увидела прямо перед собой шесть или семь вооруженных мужчин, бесцеремонно прошагавших к ней на кухню. Марджери испуганно закричала. Служанка услышала вопли хозяйки, но побоялась прийти на помощь. Двое здоровенных воинов схватили ее, и как она ни отбивалась, в их руках она сама казалась грудным младенцем. Мальчика разбойники швырнули на пол, и от этого несчастная женщина лишилась чувств. Тогда ее перекинули через седло и увезли. Остальным воинам было велено разграбить дом. По описанию этих двоих негодяев я сразу понял, что одним из них был Карвер Дун.

Оставшиеся начали забирать все, что было в доме съестного, но нашли лишь немного бекона, яйца и сыр. Бадкоки не были богатой семьей, а пить, кроме воды, в доме ничего не оказалось. Это особенно разозлило разбойников, они вернулись на кухню и увидели ребенка.

Как назло, мальчик заплакал, очевидно, ему стало холодно и неуютно на земляном полу. Пока Дуны ходили по комнатам, служанка подбежала к ребенку, подстелила ему под голову одеяло, поцеловала и спряталась снова. Это была совсем молоденькая девушка по имени Онор Хозе. И хотя она не желала своим хозяевам ничего дурного, но настолько перепугалась, что не догадалась спрятаться вместе с мальчиком. Многие женщины потом обвиняли эту девчонку в том, что она не сумела спасти малютку, но мне кажется, что бедняжка просто плохо соображала, что происходит. Если бы это был ее собственный ребенок, может быть, материнский инстинкт заставил бы ее позаботиться о нем, но мальчику хозяйки она только пожелала удачи, когда на кухню спускались разозленные отсутствием в доме спиртного разбойники. Девушка забилась в духовку печи, боясь шелохнуться.

В это время Дуны, не зная, как развлечься, решили перекусить. Не найдя ничего достойного, они рассвирепели.

— Да разве можно так бедно жить? — бушевал один из них. — Сюда и заходить не стоило.

— Да уж конечно, — согласился другой. — Карверу хорошо, он свою добычу забрал и был таков. А нам оставил ужин в две луковицы и полбуханки хлеба.

— Давайте хоть поиграем маленько, — предложил третий. — А то просто тоска. Швыряй этого малыша мне, а я буду тебе, посмотрим, у кого первого кисть ослабнет.

Мне больно даже говорить о жестокости этих людей. Ребенок ничего не подозревал, он поначалу, вероятно, подумал, что это действительно какая-то новая игра…

Когда мне рассказывали эту страшную историю, в харчевню вошел сам Кристофер Бадкок. Раньше сильный и крепкий мужчина, теперь он превратился в убогого и задерганного уродца. Он глупо улыбался и отвечал на вопросы невпопад. И на это было гораздо больнее смотреть, чем если бы он бушевал, зверствовал и требовал мести.

Осенью, пока я был в Лондоне, у нас в округе произошли некоторые неприятности. Остатки армии Монмута, не успевшие отплыть вместе с ним из страны, разбрелись по самым глухим местам Экзмура, надеясь затеряться среди местных жителей.

Одно время им это удавалось, но вскоре майор Уэйд, один из руководителей мятежа, был схвачен на ферме близ Брендона. Хозяин, укрывавший его, не дожидаясь правосудия, решил повеситься, не желая попасть в руки королевских солдат. Для нас же дело осложнялось тем, что майор несколько раз посещал нашу ферму, где находил еду и временный приют. Матушка ужасно беспокоилась, как бы этот факт, стань он известен, не навлек на нас беды.