Книга Пересечение, страница 209 – София Санчес

Она наслаждалась каждым движением его тела, чувствуя как подстраивается под него, не ощущая неудобств, только безмолвно Мари кричала ему — не останавливаться ни на секунду. Андрей то замирал, осыпая ненасытными поцелуями ее тело, то вновь в едином ритме их тел поднимал её на вершину блаженства. В нарастающем напряжении он перестал себя контролировать, подчиняясь дикой необузданной страсти, поглотившей его и сделал несколько ритмичных сильных движений бедер поглощая её без остатка.

Из руки и ноги переплелись друг в друге, его голова покоилась на её груди, а на его лбу она почувствовала испарину. Они молчали и тяжело глотали душный воздух, в попытке успокоить разгорячённую кровь, ударявшую по вздутым от напряжения венам. Он слушал частое биение её сердца, чувствуя как любит Марьяну, что сделает всё дабы быть с ней, ведь иного и быть не может. Мари же перебирала пальцами прядь его волос затем опустилась ниже и дотронулась до спины.

Он поднял голову и вмиг она оказалась под ним, сливать в длинном поцелуе, твердившем что ночью им выспаться никак не удастся. Только свеча догорев до конца, издала последний вздох и лёгким дымом разлетелась по избе.

Утро пробилось тонким светом в маленькое окно, где тонкий луч опустился на деревянный пол. Марьяна первая открыла глаза, чувствуя руку Андрея на своём бедре и улыбнулась самой себе. С грустью она смотрела на него — он ещё спал, нынче она уедет в Сосновку, а он будет жить своей жизнью и иного не дано. Хотелось ли ей иначе? Ежели бы кто-то спросил, Мари ответила, что хочет и это находит отклик в ней. Разбирая по кусочкам себя, она понимала что многое было неправильным, бесполезным, эгоистичным, а ответ тому — всему свое время. Нельзя прийти к чему-то когда не пройдено определённого пути и как не старайся нечего не выйдет. Андрея приоткрыл глаза, посмотрел на сонную Марьяну и губы его растянулись в довольной улыбке. Ночь была самой лучшей из всех существующих ранее, он никогда не чувствовал себя настолько воодушевленно и готов был бороться за право повторять это снова и снова. Она именно то, что он хочет иметь в своей жизни, заботится, любить и удивлять. Ему хотелось кричать о любви, теперича он был сильнее в разы и все готов изменить.

— Ещё так рано, любовь моя, — протянул он, глядя на Мари, которая накинув покрывало сидела поджав ноги рядом с ним. — Поспи ещё.

— Андрей Петрович, вы забыли что надобно расходится по домам, я ужасно хочу оказаться в своей комнате, переодеться, — мечтательно произнесла она.

— Мари, ты и впрямь неисправима, — ласково отозвался он, любуюсь её непринуждённостью. — После того что было, называешь меня на «вы». Не стоит так, моя птичка, а то я чувствую себя странно.

— Тогда, дорогой Андрюша, я стану называть тебя так официально только в присутствии общества, — засмеялась она.

— Как приятно слышать от тебя свое имя в таком виде, — пролепетал он. — Как же ты прекрасна. Моя королева! Моя чаровница! Ты сводить меня с ума! Ты знаешь об этом?

— А что ещё сводит тебя с ума? — Улыбаясь спрашивала она.

— Твои рыжие волосы — давно свели меня с ума, твои глаза — в них я готов утонуть и конечно же желание быть с тобой, — он притянул её и она оказалась рядом, он впился в её глаза, желая запомнить их, насладиться ею, не зная что их ждёт впереди. — Ты любишь меня?