Книга Пересечение, страница 141 – София Санчес

Когда он вернулся, Мари стояла у окна, спиной к нему, чувствуя его взгляд на себе. Она резко развернулась и столкнулась с его пронзительными синими глазами, полными странного блеска, подобно молниям в небе.

— Кажется мы все выяснили, — произнесла она, поправив митенку на одной руке.

— Некоторое время назад, вы говорили о чём то незаконченном, — усмехнулся тот.

— Быть может, князь, но думаю на сегодня хватит драм, — кивнула она и сделала несколько шагов к двери.

Не долго думая, Андрей поймал её за запястье и почувствовал еле уловимый аромат духов — именно ванили. Мари же в ответ на сию дерзость, дернула руку и стуча каблуками скрылась за дверью.

Андрей не мог упустить случая и не узнать где живёт Мари, хотя был риск того, что она вовсе не направляется к своему поместью. Он дождался когда она сядет в карету, а сам побежал за лошадью, приказывая немедля подготовить самого быстрого коня. Уже через несколько минут он подгонял вороного, жадно всматриваясь в даль, где неспешно отъезжал экипаж Марьяны.

Следуя за ней он держался в стороне, чтобы не дай Бог его не заметили. У ближайшей почтовой станции, они сменили лошадей, а это дало возможность скакуну князя немного отдохнуть. Далее ехали быстрее, а Андрей не отставал, он надеялся что до темноты они доберутся до места. Так и вышло — к вечеру показалось знакомое имение. «Поместье маман, — прошептал он, усмехаясь самому себе, — как же я сразу не догадался.» Он и подумать не мог, что купленное имение окажется во владении Марьяны, хотя не удивился, зная, что та там выросла. Теперь он знал и был уверен — здесь настоящий дом Мари, а это упрощало его стремление добраться до расписки. Он наблюдал как карета миновала ворота и остановилась у парадного.

Марьяну встречал Карл Филиппович, а она ничего не подозревая вела себя спокойно и уверенно. Они направились в дом и хотя не удалось попасть в чулан, Мари была рада в очередной раз напомнить князю, кто в будущем станет владельцем Протасовки.

— Не стоило встречаться с Протасовым, тем паче у него дома — это может быть опасно, — предупредил тот.

— Что вы, я не боюсь его, — заявила она. — Я хотела только забрать письмо, которое оставила там Фрося.

— Я бы хотел, чтобы вы берегли себя, — сказала заботливо немец, — я обещал Николаю Платоновичу, что буду за вас отвечать и руку отдам за вас и жизнь, ежели надобно. — Не стоит, Карл Филиппович, думаю до этого не дойдём, — смеясь ответила Мари. — Знаете, пока я добиралась до дома, то постоянно думала, что могла там написать крестная. Быть может она написала о моих родителях?

— Как знать, — пожал тот плечами и принялся наливать из графина лимонад, принесённый служанкой. — Но думаю Фрося права — пора бы вам узнать правду.

— Как страшно, — вздохнула Мари, взяв бокал с прохладным напитком, — но ежели, крестная хотела этого, тогда я точно узнаю и не буду больше противится тому.

— Тогда вместе поедем в Протасовку и я вскрою замок, — заявил он, разом осушив бокал.

— Вы мой помощник и только на вас вся надежда, — кивнул одобрительно она. — Вскоре мы вместе отправился туда и будьте уверены — вместе мы достанем письмо.

* * *

Наступил день Ивана Купалы, который в округе, в каждой деревне широко и радостно встречали. То будет самая мистическая ночь, когда девки, да и парни станут гадать на любовь, собирать травы и петь у костра. В Иванов день все плели венки из цветов, водили хороводы до утра, жгли костры да пели весёлые песни.