Книга Дочь фортуны, страница 133 – Исабель Альенде

— Да и к тому же ее не остановить. Следующим рейсом она отправляется со мной. Не будем забывать, что она владелица «Фортуны», – улыбнулся капитан.

К ужину подали тихоокеанские устрицы (одно из немногих гастрономических чудес Сан-Франциско), фаршированных миндалем голубей и груши в сиропе – из товаров, отправленных Паулиной: отель сразу же закупил этот деликатес. Красное вино тоже было из Чили, а шампанское – из Франции. По Сан-Франциско уже пронесся слух о приходе чилийского корабля со льдом, и все рестораны и отели моментально заполнились горожанами, желающими полакомиться свежими яствами, пока они не кончились. Джентльмены уже курили сигары и переходили к кофе и бренди, когда Джона Соммерса кто-то хлопнул по плечу – да так, что бокал едва не выскочил из руки. Обернувшись, он узрел перед собой Джейкоба Тодда, с которым не виделся вот уже три года, с тех пор как высадил бедного и униженного продавца библий в Англии. Встретить этого человека здесь Соммерс никак не ожидал и даже сначала не узнал, потому что сейчас фальшивый миссионер смотрелся как карикатура на янки. Тодд подрастерял волосы и вес, лицо его обрамляли пышные бакенбарды, на нем был тесноватый костюм в клеточку, сапоги из змеиной кожи и несуразная виргинская шляпа белого цвета, а из всех четырех карманов пиджака торчали карандаши, блокноты и газеты. Мужчины обнялись как старые друзья. Джейкоб Тодд объявился в Сан-Франциско пять месяцев назад – он писал статьи о золотой лихорадке, их регулярно печатали в Англии, а также в Бостоне и Нью-Йорке. Тодд приехал в Калифорнию благодаря бескорыстному участию Фелисиано Родригеса де Санта-Крус, который не позабыл, чем обязан этому англичанину. Фелисиано, как истинный чилиец, всегда помнил об оказанной услуге (как и о нанесенном оскорблении) и, узнав о невзгодах Тодда в Англии, выслал ему деньги, билет и записку, объяснявшую, что Калифорния – это самая дальняя точка земного шара; все, что после нее, – это уже возвращение с другой стороны. В 1845 году Джейкоб Тодд сошел с корабля Джона Соммерса, полностью восстановив здоровье и былой энтузиазм, и был готов позабыть скандальное происшествие в Вальпараисо, душой и телом посвятить себя обустройству в Англии утопической общины, о которой так много говорил и мечтал. При нем была его пухлая тетрадь, пожелтевшая от использования и от морского воздуха, вся испещренная записями. Заветная община была изучена и распланирована до последней детали, Тодд нисколько не сомневался, что многие юноши (старики его не интересовали) откажутся от своего тоскливого прозябания, дабы присоединиться к идеальному сообществу свободных мужчин и женщин, основанному на идее абсолютного равноправия, без власти, полиции и религии. Потенциальные кандидаты для эксперимента Джейкоба Тодда оказались куда менее сговорчивыми, чем ему бы хотелось, однако через два месяца у него набралось двое или трое желающих попробовать. Недоставало только мецената для финансирования дорогостоящего проекта, а еще требовался обширный участок земли, ведь общине предстояло жить вдалеке от соблазнов мира и самостоятельно удовлетворять все потребности. Тодд уже вступил в переговоры с одним взбалмошным лордом, обладателем огромных угодий в Ирландии, когда слух о чилийском скандале достиг Лондона, преследуя беднягу, как упрямая собака, и не давая продохнуть.