Книга Добрая фея короля Карла, страница 2 – Владимир Москалев

Избранная библиография В.В. Москалева:

«Великий король» (1978)

«Гугеноты» (1999)

«Екатерина Медичи. Последняя любовь королевы» (2001)

«Варфоломеевская ночь» («Свадьба на крови») (2002)

«Нормандский гость» («Гуго Капет», ч. 1, 2014)

«Король франков» («Гуго Капет», ч. 2, 2014)

«У истоков нации. Франки. Пять королей» (пьесы, 2015)

«Истории о былом» (рассказы, 2015)

«Два Генриха» (2016)

Тропинка петляла краем леса и вела неведомо куда. По одну сторону ее тянулись заросли бузины, орешника, ольхи, за ними лес; по другую – расстилалось до лесополосы вытянутое прямоугольником поле. Его не засевали, невспаханная земля щетинилась прошлогодней стерней. Уже который день донимала жара. Сухая земля стонала, покрытая трещинами. Трава по обе стороны тропы частично выгорела.

Женщина неторопливо шла, глядя себе под ноги. Одна – кругом ни души, лишь редкие птицы прятались в ветвях деревьев. Устав, похоже, женщина остановилась, тяжело вздохнула, оглядела поле, за ним – тянувшуюся вдаль темную полосу раскидистых дубов и буков, затем перевела взгляд. Дремучий лес смотрел на нее недружелюбно, темная бездна его таила в себе опасность, была полна тайн. Они прятались в мрачной глубине, сокрытые под высокими разлапистыми елями и ветвистыми дубами, в ольшанике, в зарослях дикой малины и крапивы.

Неожиданно потянуло ветерком. Женщина не двинулась с места. Приятно было после одуряющего зноя постоять, почуяв прохладу. Но вот внезапно упорно стало дуть в спину; вокруг потемнело, словно без перехода спустились сумерки. Бросив пытливый взгляд на посеревшее разом небо, путница повернулась к ветру и, глубоко вздохнув, улыбнулась. У нее были красивые губы, и улыбка ей очень шла; улыбались и глаза – серо-голубые, большие, до этого выражавшие печаль. Она долго стояла так, глубоко дыша посвежевшим воздухом. Никто не сказал бы, что она прекрасна, особенно с минуту назад, но эта минута столь преобразила ее, что она просияла лицом, словно уподобившись Богоматери, в упоении прижимающей к груди младенца Иисуса. Ветер трепал ее стянутые синим матерчатым обручем длинные темно-каштановые волосы, забрасывая их на спину, вздувал на руках и груди серую холщовую рубашку, перехваченную в талии поясом.

Но вдруг смолкли птицы, вмиг скрывшись в таинственной глуби леса, исчезли бабочки и замолчали неугомонные кузнечики. А листва уже заволновалась, затрепетала, словно предупреждая путника, зверя ли, что настает конец зною, на смену ему идет ненастье. Небо потемнело, заклубилось тянувшимися одна за другой темно-серыми рваными тучами; они пока не торопились разродиться ливнем, словно размышляли, стоит ли это делать, не передумать ли. Деревья, предвкушая долгожданный душ, шумели и все ниже клонили вершины, покоряясь ветру, и все выше поднимались, заплетаясь друг за друга, поникшие до этого косматые ветви ив и берез. А на смену меньшим братьям в один миг пришла огромная черная туча; выплыла неведомо откуда и повисла над лесом. Насупившись, она, казалось, чего-то выжидала или крепилась, не желая одарять людей вожделенной влагой за их неотмоленные грехи. Наконец не выдержала, расплакалась поначалу, а потом, ударив громом, плеснула косым ливнем.

Молодая женщина торопливо укрылась под ближайшим деревом. Но крыша, как и следовало ожидать, оказалась ненадежной, и вскоре с листьев закапало, а потом и полило. Спастись можно было только в лесу, под плотной кроной, и путница кинулась в темноту, которая стала еще страшнее, пугая своим шумом и таинственностью. Надо найти укрытие. Но где оно, если отовсюду льет? На память пришел чей-то совет: в таких случаях следует искать старую ель. Попадались с виду подходящие, но с редкими лапами, под которыми не схоронишься. Приходилось метаться – в одну сторону, в другую, потом рывок вперед и опять вправо, теперь влево… А ливень буйствовал, разыгрался не на шутку… Ага, вот она, кажется, огромная густая ель, где можно укрыться. Но она далеко. А надо бежать: небо не шутило, кололось молниями вкривь и вкось, словно Зевс хлестал уснувшие тучи огненными прутьями, заставляя их, сменяя одна другую, выполнять свою работу.