Книга Добрая фея короля Карла, страница 161 – Владимир Москалев

— Ну, теперь их станет больше.

— Это уже произошло, едва умер отец. Ты, наверное, заметил. Но то фальшивые друзья, а я нуждаюсь в душевном тепле и преданном сердце настоящего друга. Мое собственное разбилось бы вдребезги, случись с тобой несчастье в этом походе. Ты должен меня понять, а уж сейчас тем более. Столько забот впереди. Не обойтись без плеча верного друга, который поддержит, даст совет…

— Париж встретит тебя как Цезаря, когда он, будучи провозглашен армией императором, с триумфом возвращался в Рим.

— Такие почести следовало бы оказать Дюгеклену. Хорошо, что ты его нашел. Я сделаю этого бретонца великим военачальником. Он наделен талантом, имеет авторитет. С его помощью, быть может, нам удастся избавить страну от бригандов, этого неизбежного зла любой войны, которая заставляет прибегать к помощи наемников.

— Рассчитываешь увести их всех куда-нибудь под его началом?

— Он оказал бы этим неоценимую услугу королевству. А как у тебя с Марией? – неожиданный вопрос.

— Мы с ней хорошие друзья.

— Только и всего? Тогда я выдам ее замуж за герцога де Бара, и она станет твоей дамой сердца.

— У меня уже есть одна; она подарит мне наследника.

— Любопытно, кто же это?

— Та самая пастушка, о которой я рассказывал.

— Ты собираешься на ней жениться? Но ведь она из простонародья.

— Я дам ей свой титул.

— Где же ты его возьмешь?

— Мне подарит его Карл Пятый, король Франции.

Карл рассмеялся:

— Так ли уж она хороша, Гастон? При дворе можно найти кое-что получше.

— И на дне простого ручья можно отыскать слиток золота, мой король. У этой дамы есть то, чему позавидует любая фрейлина даже императорского двора. Да ведь ты помнишь, как мы встретились.

— Припоминаю… цветы, травы… Она у тебя и впрямь знахарка.

— Придет время, Карл, ты узнаешь, какую роль в происходящих событиях сыграла эта женщина; а сейчас достаточно и того, что она помирила твою супругу с моей сестрой. Посмотри на них, вон они едут рядом, шагах в двадцати.

Карл обернулся. Жанна, светясь улыбкой, помахала ему рукой. Супруг ответил тем же. Она вздохнула полной грудью:

— Ах, Анна, я так счастлива! Я – королева! Больше того, любима своим мужем! Могла ли я об этом подумать всего лишь с месяц тому назад!

— Когда-нибудь вы должны были стать королевой, ваше величество.

— Как хорошо, что свекор догадался умереть. О, я уверена, теперь все пойдет по-другому. Отец всегда брал верх над сыном, не слушая его мудрых советов, но его, слава богу, больше нет, и я верю, что новый государь поведет Францию к победе!

— Так думают и ваши верные друзья, мадам, советники некогда дофина, ныне его величества короля.

— И еще я рада, что уже не одна. У меня никогда не было подруги, но теперь она тут, рядом, наши лошади идут голова к голове. Надеюсь, и всадницы пойдут так же, вместе, тем более что они почти одногодки.

— Мне отрадно это слышать, ваше величество, – улыбаясь, кивнула Анна. – Уверена, я всегда найду в вашем лице добрую приятельницу, с которой смогу поделиться своими секретами.

— Буду счастлива ответить вам тем же, графиня.

Что ж, так нередко бывает, поэтому нет ничего удивительного в том, что два злейших врага стали лучшими друзьями.

Подъезжая по Венсенской дороге к воротам Сент-Антуан, Карл залюбовался своим детищем. Вот он, высокий, нарядный, с оградой, воротами, в окружении башенок – дворец Сен-Поль, его резиденция, постройку которой он задумал уже давно. Он подарит его женщине, отныне ставшей для него всем – отцом, матерью, любовницей, – своей супруге Жанне Бурбонской, в которую влюбился без памяти, сам себе удивляясь^[51]. Теперь она – его друг и… верный советник. В этом Карл не сомневался: Жанна была начитанной, деловой и умной женщиной, он поражался, что не замечал этого раньше. И жить они будут здесь, к черту рухлядь в Сите, навевающую столько горестных воспоминаний!