Книга Высматривая путь. Том I, страница 69 – John Lemon

— Ох, мастер. Надеюсь, наша Нореат вас не разочаровала?

Это была управительница. Она и впрямь принесла и вино, и грамоту — как обещала. Заинтересованности в ней было не много, но зато выглядела госпожа весьма учтивой. Поставила осторожно на край прикроватной тумбы и отошла к центру комнаты.

— Надеюсь завтра вы сделаете все возможное, чтобы избавить нас от бестии, мастер, — напомнила она не дожидаясь ответа, и осмотрев придирчивым взглядом голую, раскуривающую трубку девку — вышла за дверь.

Эльфка, наконец закончив, вернулась на кровать и присела у головы ведьмака. Коснулась пальцами разметавшихся по постели волос, потом огладила лоб, спустилась указательным пальцем по ровному носу, очертив едва заметную горбинку и наклонилась ниже. Ее черные волосы упали ему на лицо. Но тело было таким расслабленным, что даже хмуриться от этой навязчивости не хотелось.

— Мы только начали, — тихо шепнула она, хитро улыбнувшись.

Он заметил, как затянуло дурманящей дымкой ее глаза, отчего те покраснели, а зрачок расширился до такой степени, что и радужки стало не разглядеть. Она оставила не его лбу невесомый поцелуй и отпрянув, потянулась за бутылкой вина. Эскель прикрыл глаза и выдохнул. В принципе, он и сам не против взять ее раз-другой, только чуток нужно передохнуть. Да и до рассвета еще далеко.

Окон в комнате не было, поэтому, не зная даже приблизительно сколько сейчас времени, и как долго он пробыл здесь с Нореат, ведьмак приподнялся на одной руке и сонным взглядом осмотрелся. Девушка умиротворенно спала, повернувшись к нему спиной. Он же решил долго не разлеживаться. Проведя руками по лицу и разгладив всклоченные волосы, несколько раз вздохнул, и только потом осторожно встал. Нашел на полу штаны, всунул в них ноги и торопливо завязал шнурки. Подобрал с тумбы рубаху и прикрытую ею грамоту, подцепил рукой куртку, а потом только вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.

Комментарий к Часть 11. «Под розовым бутоном»

Не бечено

Травница ходила по комнате из угла в угол. Она сделала все, как говорил Эскель. И еду оставила на крыльце, и песни в саду до заката пела, а посуда то и дело тихо позвякивала. Один Отто был невозмутим, что нервировало еще больше. Он будто и не замечал этой всей чертовщины, что творилась в доме ночью. Спал себе за печью как обычно да храпел на всю хату.

Фредерика решила перейти к крайним мерам. Достав сундук, она стала выискивать там свою снотворную настойку из душицы и валерьяны. Главное, не переборщить, а то проспит до самого обеда. Отыскав нужный флакон, девушка осторожно его откупорила и, сделав небольшой глоток, зажмурилась. Ох, и горько же было, страх. Прятать снадобье в сундук она не стала. Поставила на тумбу у изголовья, а сама залезла под шерстяное покрывало и свернулась калачом.

С улицы снова послышалось лошадиное ржание, а посуда жалобно и очень тихонько задребезжала. Она и ума не могла приложить, чем так этому духу, или кем он там был, насолила. А может он просто так обживался? Вздохнув, Дера заворочалась.

— Ведьмак говорил, что он не причинит вреда, — зажмурившись, шептала девушка. — Ведьмак говорил, что он не причинит вреда.

В голове всплыли воспоминания об Эскеле. О том, как было спокойно, когда он был рядом. О том, какая горячая у него кожа и что на левом предплечье куча мелких шрамов. Стало интересно, где он их раздобыл. Может, закрывался рукой от чудовищ каких? А может, люди его так изрубили?