Книга Смотритель, страница 94 – Рон Рэш

На вершине Роун-Маунтин земля отступила, словно сдаваясь в плен небу. Блэкберн остановился на обзорной площадке, отмечающей границу штата. Вышел из машины, потянулся. Оставалось проехать еще немного. Было очень тихо. Раздался шелест листьев и тут же затих. Блэкберн подошел к краю. Перед ним раскинулись бесконечные звезды. Они равнодушно взирали на него с каждой стороны. Невозможно было охватить их все одним взглядом.

Когда он проехал мимо магазина и дома Хэмптонов, было уже два часа ночи. Свет горел только в окне Джейкоба. Его родители, заслуживающие худших ночных кошмаров, мирно спали. Блэкберн подумал, как легко мог бы их разбудить и что мог бы им сказать, но вместо этого свернул с дороги и подъехал к дому священника. Он собирался подсунуть ключ от машины под дверь, но на крыльце зажегся свет.

— Надеюсь, тебе удалось решить проблему, – произнес преподобный Ханникат, принимая ключ.

— Нет, сэр. Пока нет.

— Жаль, – отозвался священник. – Если хочешь поговорить о том, что тебя тревожит…

— Благодарю за предложение, но я должен сам во всем разобраться.

Преподобный кивнул.

— Если мне снова понадобится взять вашу машину, когда это можно будет сделать? – спросил Блэкберн.

— Имеешь в виду так надолго?

— Да, сэр.

Священник ненадолго задумался.

— Пожалуй, в понедельник, – наконец решил он. – Хотя это может измениться.

— Понимаю, – кивнул Блэкберн.

— Подвезти тебя до дома?

— Нет, сэр. Сегодня не слишком темно.

Нужно абсолютно точно убедиться, прежде чем действовать дальше. В последний час эта мысль тревожила Блэкберна все сильнее. Возможно, дело было в разбитой голове или в усталости, но ясность мыслей, которую он сохранял в доме Кларка, постепенно таяла. Затем он снова посмотрел с холма на дом Хэмптонов. Вспомнил не только их ложь, но и то, как мистер Хэмптон отметил носком ботинка место будущей могилы Наоми, как миссис Хэмптон сунула ему пять долларов за вырытую яму. В ярости он отправился в сарай за ломиком, брезентом и лопатой. В отличие от прошлой ночи, светила луна, заливая серебристым светом камни и траву. Блэкберн снял вазы с могилы и поставил рядом с фонарем. «Ничего еще не решено, – убеждал он себя. – Потом можно снова засыпать могилу и засеять участок травой». Несмотря на усталость, он энергично взялся за лопату и принялся отбрасывать комья земли на брезент. Тут не требовалось думать – только действовать. После каждого отброшенного кома штык лопаты сверкал в лунном свете, прежде чем снова погрузиться в землю.

Злость начала постепенно покидать Блэкберна. Он вспомнил слова мистера Кларка о выборе. Но даже тогда, семь часов назад, Блэкберн понимал, что ему пришлось бы постоянно жить в страхе, что все раскроется. Однажды непременно наступит момент, когда Энни-Мэй захочет побывать на могиле отца. Удастся отговорить ее от этого или хотя бы заставить сохранить свое паломничество в тайне? Блэкберн перестал копать и окинул взглядом окружающие его могилы. Здесь его тоже ждало будущее. Потом он вспомнил слова Уилки о том, что случается, когда слишком долго живешь среди мертвецов.

Больше он не прекращал работу, пока не пришлось спуститься в могилу. Недостаток еды и сна не просто давал о себе знать, но навалился на Блэкберна с невероятной силой, и тот испугался, что ему не хватит сил потом выбраться наверх. Он мог бы сходить за лестницей, но тратить на это время… Блэкберн спрыгнул. Земля внизу была более плотной, и работать лопатой стало ощутимо тяжелее. Продолжая копать, Блэкберн задумался, чего хотела бы сама Наоми. Впрочем, он знал ответ на этот вопрос. «Твоя дочь», – написала она на обороте фотографии. Но что будет лучше для Энни-Мэй? И кому это решать? Он вспомнил, как редко Джейкоб упоминал о ребенке. Может быть, малышка была для него не вполне реальной. Да и как иначе, если Джейкоб, в отличие от Блэкберна, так и не получил возможности собственной ладонью ощутить существование ребенка?