Книга Ожерелье княжны Гальшки, страница 37 – Александр Мартинович

— Святой Езус в помощь.

Знала бы Беата, что об этом станет известно в замке, обошла бы ксендза стороной, сама бы нашла время для поездки в Краков. Но была в ксендзе уверена, как в самой себе, и в благонадежности его не ошиблась.

Однако ни он, ни тем более Беата не догадывались, что диакон, на словах являясь сторонником католической веры, в свое время поддерживал тесную связь с Ильей Острожским, а до этого со старым князем Константином Ивановичем, а теперь не сторонился Константина-Василия. Узнав, что ксендз собирается в Краков с посланием, адресованным Беатой Пию V, он решил об этом рассказать княгине Александре и ее сыну.

Мать, видя, что Константин не по годам серьезен, в решающие минуты советовалась с ним. Да и сам молодой князь всегда доверял ей. Услышав о том, что предприняла Беата, они решили не препятствовать, хотя при желании могли бы опередить ее действия и обратиться к кардиналу, объяснив ситуацию, сложившуюся в Остроге.

— Пусть обращается к Пию V, а поскольку мы заранее знаем, что со временем приедет его посланник, будем готовы к его появлению. Не так ли, мама? — обратился Константин к княгине Александре.

— Чему бывать, того не миновать, — трезво рассудила она, но, подумав, добавила: — Лучше бы этого посланника не видеть.

— Да, — согласился Константин, — духовный наставник, присланный самим папой, для Беаты — сильная духовная опора. Лучше не придумаешь.

— Может случиться и так, — рассудила княгиня Александра, — что просьба Беаты не будет удовлетворена.

Посмотрела на сына, ожидая, как он отнесется к этому предположению. Считала, что Константин не сразу найдет, что ответить. Однако ошиблась, он не задумываясь сказал:

— Подобную возможность Пий V никогда не упустит.

— Откуда у тебя такая уверенность, сынок?

— Помнишь, что отец говорил? Католическая экспансия будет продолжаться. И чем дальше, тем более ускоренными темпами.

— Помню.

— А еще он неоднократно подчеркивал, что католики неслучайно обращают пристальное внимание именно на наши земли, потому что здесь настоящий оплот христианства.

— И говорил Константин Иванович, светлая ему память, что экспансия усилится, когда для этого будут наиболее благоприятные условия.

— А такие условия, как считает католическое духовенство, сейчас и возникли.

— Беата стала полноправной хозяйкой Острога, — рассуждала княгиня Александра. — Король предоставил ей большие права. Мне до этого мало дела, а ты…

— Они ошибаются, — горячо заявил Константин, — что я позволю им бесчинствовать на нашей земле!

Не было сомнения в том, что молодой князь станет решительно отстаивать православие, продолжая дело, которое считали святым для себя его отец и старший брат.

— Не кажется ли тебе, сынок, — все же засомневалась княгиня, — что ты для этого пока слишком молод?

Она, конечно, понимала, что сын не отступится от своего решения, но ей, как и любой матери, хотелось, чтобы ему обязательно сопутствовал успех. И его юный возраст мог поначалу стать непреодолимой преградой, ибо мало надеяться на себя, нужно находить единомышленников. А искать их необходимо среди других князей, которые придерживаются православия. Только пойдут ли они на контакт с тем, кто еще не достиг совершеннолетия?

Юный князь догадался, о чем думает мать:

— Молодость никогда пороком не была. Не беда и то, что я несовершеннолетний. Пройдет год-другой. Впрочем… Есть еще и король!