Книга Амазонка бросает вызов, страница 335 – Юлия Чеснокова

— Эдак вообще можно молчать всю жизнь, — заметил Сону.

— Молчание — золото, — поднял палец Минхён. — Ты золотой — вот и молчи.

— В немногословности нет ничего плохого, — подтвердил мастер Ли.

— А если что-то мудрое или остроумное пришло в голову? — не унялся Сону. — Какие-то гениальные идеи же, бывает, приходят озарениями! Если их не высказать сразу, они забудутся, и пропадут зря.

— Мудрость — это не удачно сказанный афоризм, мальчик мой, — покачал головой наш учитель. — Она проверяется годами и означает нечто большее, чем красное словцо. Как много благозвучных и приятных фраз вырывают из контекста и цитируют, но не понимают их, или даже искажают смысл. Что касается остроумия, то острое — колет, а когда что-то укалывает, оно причиняет боль или раздражает. Как воину-монаху, Сону, тебе не пристало быть раздражителем. Не может быть ничего более глупого, как попытка похваляться своим умом.

Все согласно закивали, а я, пользуясь паузой, подняла руку, решившись на свой вопрос. К этому моменту я уже поняла, что спрашивать можно и даже нужно.

— Да, Чонён? — заметил мою руку мастер Ли. — Говори.

Весь класс обернулся на меня, но, привыкшая и к спортивным выступлениям с массой публики, и к мужским взглядам, я не смутилась, отчётливо произнеся то, о чём думала:

— А как бороться с неуёмными желаниями чего-либо? Я как раз недавно думала о том, что злобу и невежество перебороть легче, чем вожделение, как же быть с ним? Извините, если тороплю события, и такая тема урока запланирована позже, но я тут до сентября, и могу пропустить, не успеть услышать.

Кто-то из ребят стал зажимать подозрительные ухмылки на словах «неуёмные желания», кто-то поддержал интерес к этому вопросу, но равнодушных почти не осталось.

— Что ж, я постараюсь объяснить это, — откликнулся на мою просьбу наставник, — никакого учебного плана на год у нас нет, Чонён, кроме нескольких обязательных моральных формул, которые следует выучить, и говорим мы последовательно о наболевшем или актуальном. Сейчас это борьба с вожделением. — Переведя дыхание, мужчина принялся рассуждать: — Желания действительно являются основой многих страданий, во многих буддийских школах их неудовлетворяемость чуть ли не первопричина всего зла, потому что от желаний рождаются жадность, та же злость, или даже ненависть. Люди постоянно хотят получить что-то, а получая — хотят нечто новое. Опять же, существуют медитативные техники, изобретённые специально для борьбы с неудовлетворённостью и стремлением к чему-то. Но мы, выпускники Тигриного лога, не можем, как монахи других монастырей, сутками читать мантры или жить наполовину в трансе. Нам необходимо умение активно жить, и при этом не испытывать омрачающих эмоций. Для этого в первую очередь расставляются приоритеты. Я уже рассказывал ребятам пример с кувшином, который следует заполнить, но повторю его. Сначала кладутся большие камни, потом камни поменьше, затем между ними засыпается песок. Если же мы начнём с песка, то он займёт всё пространство, и большие или маленькие камни не влезут, начнём с маленьких камней — потом влезет только песок. Поэтому и начинается всё с больших камней, и никак иначе. Песок — это мелочи, всякая ерунда, которой мы наполняем жизнь: покупки модных вещей, игры в компьютере, пролёживание на пляже, выпивка с друзьями в ночном клубе. Это не преступление, но это наименее важные вещи в нашей жизни, на которые, порой, больше всего времени у иных и уходит. Маленькие камушки — это покупка квартиры или машины, благоустройство дома, новые знакомства, прогулки, чтение книг. Это важные вещи, но не самые. Самые важные — это большие камни: семья, друзья, здоровье и любовь, всё, что с ними как-либо связано. Именно с этого нужно начинать построение своей жизни, именно на это нужно направлять свои силы, и тогда уже дополнять остальным. — Мастер Ли посмотрел на меня, словно проверяя, слежу ли я за мыслью. Я кивнула, что понимаю его. — Вот так расставив всё по местам, мы смело можем отпустить желания: желание крепкой семьи, желание сохранить здоровье, желание быть преданным и достойным другом, желание единственной и верной любви. Когда наше сердце переполнится стремлением к этому, то не останется места для суетных желаний, и бороться с ними не будет нужды, просто не захочется ничего лишнего, осознание суетности мелочей не даст возжелать их. Или же места останется ровно столько, сколько и заслуживают по своей незначительности эти предметы. — Помолчав, мужчина добавил: — Но иногда, как и с гневом, вожделение бывает полезным. Кто помнит, что в буддизме символизирует этот источник страданий?