Книга Амазонка бросает вызов, страница 257 – Юлия Чеснокова

Круг близких друзей Чонён заканчивался. Конечно, можно было бы подключить драконов и связи, чтобы найти её, но Чжунэ не мог позволить этого по ясной причине: он не хотел, чтобы драконы знали о его привязанности, он не хотел, чтобы они взяли на заметку Чонён. Он хотел обезопасить её от вторжения преступного мира. Если выбирать между её сохранностью и тем, чтобы её ему вернули — он выбирает её сохранность. За две недели поисков, попыток, розыска, опросов, слежки и беготни с целью выследить, напасть на след присутствия Чонён, Чжунэ не добился ничего, кроме того самого синяка от Джуниора.

Вечерами он стал откликаться на приглашения друзей вылезти куда-нибудь, посидеть где-нибудь, но если они культурно расслаблялись, то он напивался, и сильно. Чжинхван сделал ему замечание, чтобы не уходил в запой, поскольку через несколько дней у него будет свадьба, но Чжунэ только отмахнулся, чувствуя, как назло всем и себе самому хочется особенно отвратительно выглядеть на этом проклятом бракосочетании. Упрёки и переживания в глазах товарищей утомляли и бесили, они смотрели на него так, как будто у него что-то случилось, будто что-то не в порядке! Они ничего не знали, хоть и видели мельком Чонён. Послав их мысленно к чёрту, Чжунэ в пятницу приехал в одиночестве в «Октагон».

Он пил виски с колой у бара, потом переместился в вип-кабинку, но там его охватило неприятное чувство одиночества и потерянности, как будто его запихнули в гроб, и парень вернулся поближе к танцполу, бродя со стаканом и разглядывая толпу. Разглядыванием это назвать было бы неверно, потому что он смотрел, но не видел, даже когда глаза его пробегались по сексапильным девицам, пытавшимся перехватить его взгляд, он их не замечал. Ещё несколько дней назад мечтавший о том, что теперь натрахается, он и думать об этом забыл. Алкоголь сделал тело вялым и безвольным, но ум не отключался. Чжунэ не нравилось, что нет никакого положительного эффекта, нет приподнятого настроения, которое раньше появлялось от выпивки. Что ж, неужели придётся напиться до одури? Пусть лучше тошнит, кружит и вырубает, но сознание хоть как-то изменится, и ему полегчает.

Ку Чжунэ уже собирался идти за очередной порцией, крадучись, неверной походкой с опорой о стену, когда заметил знакомое лицо на балконах второго этажа. Надеясь, что ему не показалось, он сунул проходящему официанту пустой стакан, и побрёл наверх, держась за перила. Ноги подводили, не желая идти быстро, да и взор расфокусировался, заставляя ступеньки качаться. Но всё-таки Чжунэ поднялся и, водя лицом по сторонам, искал того, кто ему померещился. Нет-нет, это не опьянение, он точно видел, этот человек должен быть где-то здесь! Он ему нужен, сейчас же! Молодой миллионер шатался, но упрямо шёл, пока не различил выходящего из кабинки, того самого типа, прощающегося с кем-то со своей бессменной улыбкой на лице, такой располагающей, такой светлой, такой доброй…

— Богом, — перехватил его Чжунэ. Тот думал обойтись кивком приветствия и пройти дальше, но не тут-то было.

— А, привет, — просиял знакомый и ему, щедро раздаривая свет своей улыбки каждому. Чжунэ потянул его к себе, ближе, понизив басистый голос:

— У тебя есть?..

Богом, не роняя добродушия с лица, обежал пространство быстрыми и цепкими глазами. Никого поблизости не было.