Книга Ост-Индский вояж, страница 111 – Константин Волошин

— Тогда и спешить нет надобности, — заметил Сафрон. — Лучше потратить немного больше, зато надёжнее будешь себя чувствовать на борту.

Неожиданно из враждебного лагеря матросов перебежал матрос и умолял принять его.

— Там меня истязают, ребята! Только и делают, что заставляют самую трудную работу делать, да ещё избивают и грозят убить.

— Что так? — спросил Сафрон, пристально глядя в бегающие глаза матроса.

— Мне припоминают мою попытку присоединиться к вам ещё во время первого бунта матросов. Теперь постоянно напоминают об этом тумаками и работой.

— Как тебя звать? — спросил Сафрон и посмотрел на товарищей, ища одобрения своим действиям.

— Джоном кличут, сэр!

— Я тебе не сэр, а простой матрос, как и ты, — почему-то озлился Сафрон, и махнул рукой, разрешая остаться и сдать оружие. — Оно тебе здесь не пригодится. Кстати, ты ничего не можешь сказать о пропавшем нашем товарище?

— Кто такой? — спросил Джон, выпучив глаза.

— Так знаешь или нет? — опять озлился Сафрон.

— Ничего не знаю. Даже разговора такого у нас там не было. А когда он пропал у вас?

— Ладно. Не твоего ума дело. Иди, работай. Капитан даст тебе задание. И не вздумай шутить или отлынивать. Прибью лично сам!

— Спасибо, Сафониус! Не изволь сомневаться. Я же с благодарностью к вам.

И все же Сафрона глодали сомнения в отношении этого матроса. Как-то не очень верилось в его честное повествование. Но он принял его, пусть так и будет. Обязательно что-то всплывёт, если что не так. Однако Джон работал на совесть и ни в чем предосудительном не замечался. Сафрон перестал им интересоваться.

Наконец подошло время спуска судна на воду. Долго всё это обсуждалось с капитаном, и по его требованию всем, и женщинам в том числе, было приказано помогать в этом важном и трудном деле. Канал был уже прорыт, но он быстро и непрерывно заносился песком. Перед самым спуском пять человек окончательно углубляли его, готовясь к главному делу.

Люди вооружились длинными шестами и канатами, вошли в воду по грудь, и по команде стали тащить, выбив подпорки. Судно не двинулось с места. Лишь покачивалось и скрипело всеми сочленениями, словно готово рассыпаться.

— Капитан, всех надо заставить тянуть, — говорил Сафрон, сильно волнуясь. — Пусть всё бросят и помогают. Это ведь лишние пять человек! Быстрее, пока канал не замыло!

С большим трудом удалось сдвинуть судно с места, и с каждым дюймом оно всё легче подавалось к воде. Наконец пошло свободнее и после больших усилий, закачалось на волне, набегавшей с океана через залив.

Измученные люди встретили это событие яростными воплями восторга и радости. У всех было прекрасное настроение, послышались и выстрелы, как салют трудам всех людей, жаждущих вырваться с острова.

Наблюдали это и матросы, стоя в отдалении, готовые тотчас удалиться, чуть заметив опасность. Но им никто не угрожал, были заняты своими делами.

Судно оказалось неказистым, но, по мнению капитана, должно выдержать две недели спокойного плавания. Два каменных якоря сбросили в воду, и оно развернулось носом против ветерка, дующего с побережья Индии.

Ещё больше месяца понадобилось капитану Морденту с его людьми на окончание работ. Потом — пробное плавание с командой из половины всех людей.

— Ну что скажете, капитан? — спрашивал Сафрон, придирчиво наблюдая за ходом судна и его манёвренностью.