Книга Отважная бродяжка, страница 133 – Анна Грейси

Быть похищенной один раз еще можно рассматривать как случайность. Но дважды? Сначала Анри, потом Джеремайя. Полуистеричный смешок вырвался из горла — трижды похищенная, ведь леди Кейхилл тоже ее умыкнула. Она явно пользуется успехом. Ничего удивительного, что Джек осуждает ее.

Жестокость его приговора прожигала сейчас сердце Кейт, как кислота проедает плоть… но еще не настало время сожалеть о своей минутной слабости, о том, что украдкой вкусила блаженства. Разве было бы легче жить, не узнай она никогда его объятий? Возможно. Но сейчас ее мечты приобрели реальное воплощение, и воспоминание поможет выдержать долгие унылые годы, простирающиеся впереди.

Прошлое было океаном боли, такое же будущее лежало перед ней. Кейт смирилась со своей судьбой. Жить одним днем — вот что остается. В первую очередь придется вытерпеть суровое испытание под названием «сезон».

Вытерпеть? Нет, решила Кейт. У нее хватит мужества принять деятельное участие в спектакле, она будет наскребать в себе силы, пока не исчерпает их до донышка. Использует все возможности, все лучшее, что сможет предложить ей светское общество. Рано или поздно ее тайна выйдет наружу и вынудит с позором покинуть город, но это не уязвит ее, если она сама того не допустит. В конце концов, предупрежден — значит, вооружен.

Конечно, не стоило заводить здесь друзей, тогда не пришлось бы так переживать разлуку. Лучше бы выстроить вокруг себя ледяную стену потолще. Лучше бы не позволять себе думать о большем, чем недлительные отношения. Тогда, в неизбежный час отъезда, она смогла бы уйти, если не без сожалений, то хотя бы без боли.

Ей больше никогда не будет так больно. За время пути до Лондона, молча клялась Кейт, броня ее упрочится. Когда настанет час, она тихо исчезнет, не понеся ущерба, чтобы продолжить жизнь где-нибудь еще. На сей раз в ее распоряжении солидное содержание, и голодать не придется.

Во всяком случае, по части пищи.

Кейт сосредоточилась на пробегающем за окном пейзаже и вдруг почувствовала, до чего замерзли руки. Порывшись в небольшой дорожной сумке, вытащила перчатки. Затем уставилась на находку. Пара больших перчаток из хорошо выделанной кожи, разношенных и мягких, с меховой оторочкой. Перчатки джентльмена. Только вчера Джек заметил ее ледяные руки и дал ей эти перчатки. Она забыла вернуть их.

Маленькие озябшие ладошки скользнули в громадные меховые гнездышки, просторные, теплые и пахнущие Джеком. Одну руку в перчатке Кейт приложила к щеке, другую — к сердцу. Потом забилась в угол экипажа и закрыла глаза. И наконец, убаюканная перчатками Джека, Кейт заснула.

— Как тихо, ве'но? — пробормотал Френсис.

Он пристально разглядывал друга. С побелевшим, застывшим лицом и с печалью в глазах Кейт уехала почти неделю назад. С того дня Джек проводил время в бешеной скачке по полям, доводя себя до изнеможения, сломя голову носясь верхом на лошади, словно за ним гнались невидимые демоны. А по вечерам молча и упорно вдрызг напивался.

Френсис во всем составлял компанию другу, понимая, что Джеку необходимо выплеснуть избыток сил, довести себя до смертельной усталости, вычеркнуть из памяти некое прелестное личико, заглушить муки совести. Во всяком случае, на какое-то время.

— Хочу кое-что высказать тебе, старина. Вряд ли тебе это понравится. Но, так или иначе, скажу.