Книга Гордость. Вера. Верность, страница 140 – Кирилл Малышев

Князь закрыл глаза, ощущая, как разум медленно угасает.

Обида разлилась внутри него жгучей волной. Он сделал всё, что мог, но этого оказалось недостаточно. Долгие годы боролся за свободу своей земли, совершая ради неё немыслимые преступления. Всё было положено на алтарь великой цели. Честь, преданность. Сама жизнь.

Роговолд всегда был готов умереть, но не думал, что его конец будет таким – бессмысленным и жалким. При попытке бегства.

Перед глазами пролетели яркие картины. Лицо отца. Маленький Юрий, улыбающийся ему, замерзшему в тени у колыбели.

Одинокая слеза скатилась по окровавленной щеке.

— Отец… – слетел с губ невесомый шёпот. – Я иду к тебе.

Соскользнув с лошади, тело Роговолда упало в студёную воду Радони, подняв искрящийся столб брызг.

Тимофей стоял на крыльце посадного терема, с удовлетворением оглядывая площадь. Внутренняя часть Радограда превратилась в мрачное, изрытое поле, усеянное обломками зданий, обрывками одежды и бурыми пятнами крови. Пожалуй, никогда, с момента основания Радонского государства, она не выглядела столь плачевно, как сейчас.

Великий храм и посадный терем были единственными близлежащими постройками, уцелевшими после событий этого утра. Густой дым пожарища висел над башнями, многие избы продолжали пылать: тушить их было нечем – воды, к которой не страшно было бы прикасаться, в городе не осталось. Нос свербило от едкой смеси запахов – гари, рвоты и крови.

В грязи вповалку лежали сотни горожан. Они стонали и кряхтели, выли и блевали. Многие были мертвы, погибли в давке. Другие, держась за головы, не понимали, где находятся и что произошло. Они ползали, как черви, пытались встать, сталкивались друг с другом и снова падали. Похмелье после слова божьего в этот раз было особенно тяжёлым.

Люди Тимофея, из числа его слуг, уже обошли детинец, и посадник знал, что внезапно вспыхнувший бунт погубил не только избы внутренней крепости. Неистовая, безумная ярость измученной голодом и жаждой толпы сыграла на руку Первому наместнику. Были истреблены его враги – бояре, входившие в думский совет. Уничтожены чужими руками.

Всё так, как он любил.

Этот пасмурный полдень можно было назвать его триумфом. Одним махом Тимофей расправился со всеми, кто, казалось, уже загнал его в угол. С псами, ожидавшими команды рвать. Они больше не представляли угрозы – ни сами псы, ни их самодовольный хозяин.

Но всё же посадник был собран. Он терпел, не позволяя себе насладиться победой. Ждал новостей от того, кто должен был свершить дело гораздо более важное, чем устранение бояр.

От Антона.

Хотя не было причин сомневаться в успешном выполнении поручения, Тимофей всё же решил дождаться доклада.

Вдыхая терпкий запах пожарища, посадник размышлял о перспективах. Осада не сегодня – так завтра будет снята. Бояр, способных ему противостоять, в Радограде не осталось. Один Остап Туманский… но разве это соперник? Тьфу! Плюнуть и растереть. Народ на его стороне, подчинить себе остатки Думы – дело времени. Не закончится седмица, как вся власть в городе окажется в его руках.

А что дальше? Неизвестно… Он представитель древнейшего рода в княжестве. Возможно, в Радонии появится новая династия. Потомков покойного Юрия ведь больше нет. Вернее, их почти не осталось.