Книга Два князя, страница 207 – Кирилл Малышев

— Если мы покинем его, я больше не смогу войти обратно, – пожал плечами Роговолд. – Я уже немолод, и такого шанса у меня больше не будет. Единственное, что нам остаётся, – это истощить силы Владимира и затем нанести удар. Каждый день осады будет удалять его от желаемого, а нас приближать к победе. Все силы, которые племянник мог собрать, уже собраны. Отступать ему некуда. Да и нам тоже.

— Я могу идти? – молча выслушав, спросил голова стражи.

— Да, ступай. Хотя постой! Скажи мне, вестник, который принёс письмо, – он был один? Кто-то его сопровождал?

— Да, у него были спутники, – сдвинув брови, ответил Иван. – Двое человек.

— Где они? – резко спросил князь, впившись в собеседника глазами.

— У них ничего не было, я лично обыскал их. Они лишь охраняли гонца, обыкновенная чернь. Сейчас дожидаются его возвращения. Наверное, в каком-то из посадских кабаков.

Роговолд сжал губы так, что они побелели.

— Мигом задержать их! – резко скомандовал он.

— И как только подошли они к Изборовским стенам – ударила молния, и небесный огонь обрушился на землю! В день обратилась ночь! Сам Зарог своей волею покарал изменников, и не было места, где можно было бы спастись от его праведного гнева! Поняв, какое злодеяние совершили, люди и кони метались, объятые нестерпимым жаром, крича и моля о пощаде! Но лишь новые потоки пламени были им ответом! Ибо нет у Владыки нашего сострадания к изменникам!

В одном из посадских кабаков Радограда, в полумраке, с которым пытались бороться лишь несколько чахлых свечей, на лавке стоял щуплый, рыжебородый мужичок. Его карие глаза горели, а на носу, похожем на крючок, красовалась огромная бородавка, похожая на спелую ежевику. Закатывая глаза и размахивая руками, он с придыханием, нараспев рассказывал поразительную историю победы Владимира в битве за Изборов.

Вокруг него собралась толпа любопытных слушателей. Впечатлённые мастерством рассказчика, они позабыли о своих кружках. Даже кабатчик, отложив дела, навострил уши, оперевшись на покрытую бурыми разводами сосновую стойку.

Мужики, пришедшие промочить горло, с интересом ловили каждое слово рыжебородого, который оживлял перед ними картины произошедшего во всех красках.

— А потом? – нетерпеливо произнёс один из них, толстый и лысый, с пятнами от пива на грубой льняной рубахе.

— А потом тьма развеялась, и небеса посветлели! – рассказчик поднял руки, будто разгоняя что-то над головой. – Тучи разошлись! Божественное сияние накрыло город! И тогда отворились ворота, и вышел из них князь Владимир в искрящихся латах! Да не один, а со своим воинством праведным!

Зрители зашептались между собой. Образ княжича, облачённого в сверкающие доспехи и окутанного божественным сиянием, вызвал у них восторг и восхищение.

— Да не князь он, а княжич! – громко заметил из-за стойки кабатчик. – Да и княжич ли? Государь-то теперь Роговолд, а у него свой сын есть!

— Коли Юрий был князем, а его старший сын, Олег, мёртв, так Владимир по закону князь! – ответили ему из толпы.

— Да молчите вы уже, дайте послушать, что дальше было! – оборвал наметившийся было спор толстый мужик в грязной рубахе.

— Владимир поднял меч брата и обратился к дружине своей: «На нашу землю пришёл враг, так долго притворявшийся другом! Как разбойник он повёл себя, убив князя вашего, Юрия, и сына его, Олега, законного наследника престола! Не простит нам Радония малодушия! Не благословят нас предки, что глядят на дела наши с небес, коли посрамим мы государя своего усопшего! Не примет нас Владыка Зарог в чертоги Иридийские, коли позволим душегубам да разбойникам волю свою вершить в вотчине нашей!»