Книга Печать Кощея, страница 99 – Анастасия Дёмина

— Я позабочусь, чтобы правильные люди знали, чего опасаться, и предупредили беду, – пообещал он. – Вместе мы что-нибудь придумаем.

Настасья искоса глянула на него и снова посмотрела вперёд.

— Я не стану снова спрашивать тебя, точно ли ты уверен…

— И не спрашивай, – слегка грубовато обрубил он. Он принял решение и не собирался от него отступать.

Настасья поджала губы, даже не пытаясь скрыть своего недовольства и огорчения, но, держа слово, больше об этом не заговорила.

Они молча дошли до копья, воткнутого между двумя берёзами. Настасья выдернула его из земли и указала наконечником на очищенное от перегноя и травы место:

— Выкопай с аршин, а я пока ещё раз про нужные знаки и слова заклинания расскажу, вдруг и правда когда-нибудь понадобится заново Печать Кощея триглавом на воде затворять…

Костя резко сел. Он задыхался, сердце колотилось под самым горлом, мешая лёгким наполняться воздухом. Перед внутренним взором стоял образ тёмной ямы посреди влажной, пряно пахнущей земли, и темнота в комнате нисколечко не помогала Косте успокоиться.

Он сжал пальцами одеяло, твердя про себя, что он на кровати, в комнате, в общежитии, в Тридевятом лицее, и что он Костя, а не какой-то непонятный мужчина, закапывающий сундучок с Печатью Кощея посреди леса недалеко от озера…

— Барин? – донеслось до него как из-под воды.

Костя медленно перевёл взгляд на вопросительно мигающий самоцвет, но думать мог только об увиденном сне.

Но правда ли это был сон? Потому что он не расслаивался, как старая тряпка, прямо в пальцах, не растворялся в воздухе, оставляя после себя невнятные образы, а засел в памяти как ясное, пережитое наяву воспоминание.

Сквозь гул в ушах Костя различил приближающиеся голоса. Щёлкнул замок, и дверь в комнату отворилась, впуская внутрь косую полосу света из коридора.

— Я же говорил, что он спит! – услышал он сердитое шипение Никиты и повернулся на звук.

В дверной проём, оттеснив раздражённо пыхтящего соловья-разбойника, заглянула Жанна. Разглядев сидящего на кровати Костю, она довольно просияла и, пошарив рукой по стене, включила потолочную лампу.

— Жанна!.. – зажмурившись от яркого света, услышал Костя осуждающий вскрик Кати.

— Да он не спит! – громко отозвалась жар-птица, вприпрыжку устремляясь на его половину комнаты. – Костян, надо поговорить! Я всё понимаю, ты не хочешь рисковать родителями и бабушкой, но подумай хорошенько, ты так сто процентов их не найдёшь и ничем им не поможешь, если будешь сидеть без дела и ждать у моря погоды! Нужно действовать самим, нужно найти эту Печать Кощея, где бы она ни была…

— Я знаю, где она, – услышал будто со стороны Костя, и у него ушла секунда, чтобы сообразить, что он сам это произнёс.

— Что? – опешила Жанна.

Никита торопливо захлопнул за Катей дверь, и все трое – четверо, если считать обеспокоенно покачивающегося в воздухе меча-кладенца – встали полукругом перед кроватью Кости.

Костя, всё ещё потрясённый до глубины души, откинул в сторону одеяло, свесил ноги с края кровати и, глядя перед собой куда-то в пустоту, пересказал друзьям сон. Лишь к концу рассказа он слегка пришёл в себя и поднял взгляд на их ошарашенные лица. Когда он закончил, они несколько секунд молча смотрели на него, не мигая и, казалось, не дыша.