Книга Тень ворона, страница 55 – Анастасия Дёмина

— Убийство, – кивнул Леня. – Для меня убить орла – это то же самое, что убить брата или отца, мы родня, у нас единый предок, единый язык, а уж отправить на верную смерть брата, подчиненного твоей воле, чтобы самому спастись… – По его могучей шее заходили желваки.

Они недолго помолчали, слышно было лишь приглушенные всхлипы Воробушка.

— Получается, – медленно проговорил Иван, – пока все здесь думали, что Роню убили, он с помощью волшебного дуба перебрался в мой мир? И продолжил творить зло уже там, прибившись к разбойникам?

— Получается, так, – угрюмо кивнул Леня.

— Но… как волшебный дуб его пропустил? Я всю душу обнажил, о всей своей жизни и бедах рассказал, чтобы он мне явился… – процедил срывающимся от гнева голосом Иван.

Но Леня замотал головой:

— Это с вашей стороны волшебный дуб зачарован являться лишь людям с добрыми помыслами, потому что в нашем мире слишком много чудес и волшебства, чтобы впускать в него злую волю извне. И своей хватает, – с горечью добавил он. – С нашей стороны он прикрыт только чарами ограждения, но их можно преодолеть с помощью волшебного клубка, который всегда приведет тебя туда, куда бы ты ни пожелал. Не скажу за всех наших людей, кое-кто, возможно, и считает волшебный дуб сказкой, но Старейшины в каком-то смысле – его стражи, поэтому они и ученики о нем знают.

Они снова помолчали, каждый погрузившись в свои невеселые мысли. Наконец Леня задумчиво произнес:

— Но хотя бы Роня не прошел Посвящение. Одарило бы его Хранилище каким-то чудом или нет, это все-таки вопрос спорный, что именно оно видит в человеке и на что полагается – нам до конца не ведомо. Но если бы он отправился в ваш мир после Посвящения, боюсь, для твоего царства все бы кончилось куда страшнее.

— Куда уж страшнее?! – хлопнул ладонями по столу Иван. – Тебе мало, что его захватили разбойники и собираются вырезать кучу народа?!

Глаза Лени были полны сожаления.

— Вороны не только великие воины, – тихо сказал он. – Они – большие знатоки снадобий, как волшебных и лекарских, так и ядов. А еще они единственные из нас владеют древним искусством заклинателей крови, что в дурных руках может принести целым царствам немыслимые горе и страдания. А учиться ему ученики Старейшины ворона традиционно начинают после Посвящения.

После этого Леня ушел из избы со словами, что должен теперь поведать обо всем Коле, иначе будет нечестно.

Иван, получив от Воробушка горшочек с зелено-желтой мазью, пряно пахнущей травами и чем-то неуловимо-прогорклым, поднялся в светелку. Аккуратно втирая густую мазь в ушибы на груди, он смотрел в окно, как молодой орел, прислонившись к стене сбоку от открытых ворот конюшни, что-то долго рассказывал. Через какое-то время к нему присоединился Воробушек, и между братьями, судя по бурным взмахам руками, завязался горячий спор.

Иван подозревал, что они обсуждали его, но не чувствовал ни малейшей досады. Возможно, из-за странной усталости после всех пережитых за сегодня событий и волнений, стянувших голову тугим полотенцем. А возможно, потому, что в нем что-то изменилось. Старейшина сов изрядно его пропесочил, и за дело, припомнив все его неблаговидные поступки и дурные качества, устыдив и урезонив, но даже не это было главное.

Иван был слишком предприимчивым и целеустремленным, чтобы долго терпеть безделье. А после появления в этом мире он только и делал, что ждал вердикта других о своей судьбе, и это противоречило его деятельной натуре. Отчасти этим объяснялось его глупое поведение, но Ивану хватало ясности ума и скромности, чтобы не обвинять в своих ошибках Старейшин, что те, мол, долго раздумывали.