Книга Корона ночи и крови, страница 169 – Мира Салье

Сделав усилие, она наконец вложила свою руку в его горячую ладонь. Он не сжимал ее, держал так, будто ему неприятно. Почему это настолько раздражало?

— Дальше я произнесу слова, что скрепят ваш союз навеки, и вы почувствуете на коже жжение. Не пугайтесь, оно пройдет быстро. – Жрец, казалось, объяснял все это только ей. Но, поймав мрачный взгляд короля, поспешил начать церемонию.

Следующие несколько минут, пока он говорил на неизвестном языке, по ее телу бежали мурашки. Никто не спросил их согласия – видимо, скрепленные руки и были подтверждением добровольного вступления в брак.

Делла посмотрела на Эмиля в тот момент, когда на тыльной стороне ладони почувствовала жжение. Оно внезапно усилилось, и Делла подавила крик, хоть и продолжала кричать внутри. Участка кожи словно касались раскаленным предметом. Уловив это, Эмиль крепче сжал их руки, не дав расцепиться.

Окружающая обстановка на мгновение исчезла. Невидимые нити магии, будто сотканные из огня, обвились вокруг их скрепленных рук, а потом неудержимым потоком хлынули под кожу и начали растекаться по венам, обжигая плоть.

— Не отпускай, – велел Эмилиан.

Боль прошла так же быстро, как и появилась, а на тыльной стороне ладони остался небольшой ожог, словно ее и вправду заклеймили.

— Теперь вы муж и жена, – сказал жрец.

Она изучала клеймо в форме буквы «Э». Эмилиан. На его же руке виднелась покрасневшая «Д». Делла медленно провела пальцем по слегка вздутой изогнутой линии, которая выглядела так, будто ей уже не одна неделя, и нисколько не болела.

Делла никак не могла поверить в то, что она замужем, что теперь она – жена короля демонов. Прочесть эмоции супруга она, по обыкновению, не смогла, да и он наверняка тоже, поскольку все ее чувства сейчас пребывали в полном беспорядке.

Она обернулась на Кэла. Его лицо ничего не выражало, глаза не покраснели, и в них не промелькнуло даже проблеска эмоции, любой. Жилка на шее и та не дернулась.

Ни малейшего сожаления. Он просто смотрел на нее. Безучастно.

Жрец снова прочистил горло, и Делла заметила в его руках кубок, украшенный огромными рубинами, и кинжал.

— А теперь прошу вас вытянуть запястье, – обратился он к Делле. – Я сделаю надрез, чтобы наполнить кубок кровью.

Черные облака в небе сгустились, и вспыхнули багряные молнии.

Она подчинилась и протянула руку. Произнеся слова на незнакомом языке, жрец аккуратно порезал ее запястье. Делла вздрогнула, но стойко перетерпела боль, пока наполнялся кубок. Когда набралась половина, жрец замотал ее руку повязкой, видимо, с целебной мазью, туго стянул края и опять заговорил на непонятном языке.

Чтобы не смотреть на Кэла, Делла разглядывала обсидиановый стол и собственную кровь в кубке, которая неожиданно закипела. Она в ошеломлении наблюдала, как жрец передает чашу Эмилю, и тот в мгновение ока опустошает ее.

Минуту ничего не происходило. Затем его глаза вспыхнули, он сам выгнулся дугой, а по красным линиям словно заструился жидкий огонь, заставляя их светиться изнутри. Подобное произошло и с Кэлом, когда он втянул в себя кровь на окраине леса.

Король Риналии тяжело дышал. Волна темных прядей упала ему на лоб, закрыв лицо.

— Эмилиан? Все хорошо?

Он поднял на нее взгляд горящих красных глаз.

— Да, теперь все будет хорошо. – Он протянул ладонь, и она поняла для чего – чтобы сопроводить ее в королевскую постель.