Книга Корона огня и пепла, страница 212 – Мира Салье

Его потухшие красные глаза уставились в чистое голубое небо, но уже не увидели его ярких красок. Делла полагала, что будет рада услышать предсмертный хрип этого мерзавца, однако никакой радости не пришло. Особенно когда она посмотрела на опустошенного Кэла, горюющего о брате, которым Эмилиан так и не смог ему стать.

— Мне жаль, – прошептала она, коснувшись мужа. Ей правда было жаль, но не Эмилиана. Делла прекрасно понимала, что, несмотря на все злодеяния, в глубине души Кэл любил брата и до последнего не желал его смерти.

Она ласково сжала плечо мужа, и в этот же миг ее левую руку опалило неистовой болью. По тонкой красной линии родимого пятна, скрывавшейся среди нитей дара, разрасталась чернота – словно клятая отрава бежала по жилам, наполняя их и оскверняя. Что-то обожгло грудь прямо в том месте, где находилась дьявольская метка.

Кэл поморщился и начал быстро расстегивать кожаный доспех. От его дьявольской метки на груди расползались схожие черные вены.

Боль нарастала, охватывая все ее тело. Она ослепляла и лишала сил. Кости затрещали, а окружающий мир заволокла алая пелена. Делла согнулась пополам, едва удержавшись на ногах, и закричала. Кэллам изогнулся от такой же жуткой боли.

— Что происходит? – с трудом выдавила она. Внутренности будто сдавливало тисками, да так сильно, что несколько секунд она не могла даже сделать вдох.

Они с мужем распластались на земле рядом друг с другом, корчась в невыносимой агонии и не сдерживая крик. Их тела и конечности дрожали.

Алин сидел на коленях между ними, не понимая, что происходит и как им помочь.

— Делла! – донесся до нее голос словно издалека. Сквозь пелену в глазах она разглядела отца. Он обхватил ее за талию, чтобы приподнять, и уставился на ринальского генерала. – Оттащи принца подальше от моей дочери!

Корнель взял ее на руки и куда-то понес. С каждым его шагом боль внутри нее утихала, а зрение прояснялось.

— Какого Дьявола происходит? – спросила Делла, когда силы вдруг вернулись и она смогла двигаться самостоятельно.

— Узы принца ада с полукровкой нельзя разорвать, но их можно извратить. Что Эмилиан и сделал, – ответил Корнель, придерживая ее за талию, чтобы она снова не упала. – Теперь, находясь рядом и касаясь друг друга, вы с мужем будете испытывать не желание, а боль. Страшную, невыносимую боль.

Делла похолодела от ужаса.

— Исправьте это! – рявкнула она, оттолкнув от себя отца. – Вы должны знать, как все исправить!

— Мне жаль, но со смертью Эмилиана процесс стал необратим, – признался он.

— Нет! Я не верю! Вы самый умный и древний демон! – с упреком сказала она. – Если кто и может знать ответ, так это вы!

Корнель печально покачал головой, и выражение искреннего отчаяния у него на лице пробудило внутри Деллы дикую ненависть.

— Нет!

Она снова бросилась к Кэлу, но на полпути отрава с новой силой поразила ее, на этот раз быстрее, и с ее губ сорвался громкий крик. Все ее тело будто загорелось в чужеродном адском пламени, превращая ее жизнь в мучительный сгусток боли.

— Тебе нельзя приближаться к мужу! – послышался за спиной голос Корнеля.

Ее муж… Для нее сейчас никого и ничего другого не существовало.

Отрава заполняла ее глаза и проникала в сердце словно сотнями игл. Делла рухнула на колени, схватившись за грудь. Она закричала. Кричал и Кэл, протянув к ней руку и изогнувшись в такой же агонии. Рык, вырвавшийся из его горла, сотряс весь берег.