Книга Яга на выданье, страница 98 – Азалия Фэйворд, Виола Сказгард

— Какая чёрная, неблагодарная и абсолютно беспочвенная клевета, – лениво промурлыкал кот, даже не удостоив уползающего злодея взглядом своих зелёных глазищ. – Я, можно сказать, вдохнул жизнь в его унылый некромантский склеп, где до моего появления даже пауки вешались от скуки. Привнёс, так сказать, элементы высокой эстрады, здорового фуд-арт-контроля и изысканного вкуса. А он теперь обзывается и брызжет слюной. Мелочный, закомплексованный суповой набор в поношенной мантии. И сметана у него в погребах, кстати говоря, была весьма сомнительной свежести. С явным привкусом векового тлена и могильной сырости. Ядвигушка, душа моя, запиши в его жалобную книгу, что сервис в Нави заслуживает максимум одну усохшую поганку из пяти возможных. И то, только за декоративные черепа на стенах.

Кощей, издав финальный, полный глубокого мертвецкого ужаса булькающий звук и рыбкой нырнул обратно в фиолетовую щель портала. Пространство со свистом и лёгким хлопком захлопнулось, оставив после себя лишь облачко фиолетовой пыли, пахнущей дешёвым мужским одеколоном, свежей побелкой и подгоревшим молоком.

В избушке снова стало тихо. Очень тихо. Настолько, что я слышала собственное участившееся сердцебиение. Я медленно, стараясь не делать резких движений, повернула голову к Радимиру.

Богатырь, до этого момента сурово сжимавший рукоять своего верного меча и готовый рубить нечисть направо и налево, заметно стушевался. На его волевом, безупречно вылепленном лице отразилась такая гамма трогательного девичьего смущения, что у меня внутри всё окончательно перевернулось, превратив мой хвалёный ведьминский цинизм в беспомощное сладкое желе.

Он переступил с ноги на ногу, отчего крепкие дубовые половицы жалобно пискнули под его исполинским весом, и осторожно заправил за ухо непослушную тёмную прядь волос.

— Ну, - глубокомысленно протянул Радимир, и его пронзительно-синие глаза заблестели такой нежной, искренней теплотой, что я едва не забыла, как вообще дышать. – Раз уж сам Владыка Тьмы рекомендует... Ядвигушка, я, конечно, не великий специалист по снятию древних проклятий, у меня по этой части в академии богатырей была тройка, но долг перед Родиной и всей Тьмутараканью обязывает. Надо спасать край, пока нас тут всех окончательно болотом не затянуло. Как считаешь?

— Ик! – подал голос из своего угла Петрович, бережно прижимая к груди бутыль, словно это был величайший артефакт вселенной. – Чего тут считать-то, дуралеи? Целуйтесь уже, аспиды молодые! У меня от этих ваших затянувшихся романтических прелюдий настойка киснет, а в огороде крапива не доена, сорняки не пуганы! Давай, милок, прижми её как следует, чтоб аж косточки хрустнули!

— Молчи, лохматый алкоголик! – шикнула я на домового, чувствуя, что мои уши сейчас полыхают ярче, чем лесной пожар в самый засушливый день. – Тебя вообще никто не спрашивал! Иди вон, Афанасия спасай, он там до сих пор лапками дёргает!

— А я лично согласен с Петровичем, – мягко улыбнулся Радимир.

Он сделал один-единственный, но очень решительный шаг вперёд, мгновенно сокращая разделяющее нас расстояние до критического минимума. От него снова повеяло потрясающим, дурманящим запахом нагретой солнцем сосновой коры, колодезной прохлады и того самого чистого, неподдельного мужества, перед которым пасует любая, даже самая сильная боевая магия.