Книга Елена Троянская. Возмездие, страница 188 – Сьюзен Уилсон

По лицам многих собравшихся Елена видела, что Кассандра не единственная, кто сомневается в таком объяснении. Троянцам следовало бы ликовать из-за ухода ахейцев. Плясать, петь и бросаться друг другу на шею. Но все произошло слишком уж внезапно, и это было странно.

— Полно, полно, Кассандра, – сказал Приам. – Наступил день, которого мы все так ждали. День, за который проливало кровь так много людей. Давай не будем его портить. – Он повернулся лицом к толпе: – Добрые люди, похоже, наши враги вместе со своим героем лишились и мужества. Некоторые из вас опасались, что боги разгневаются за то, что Парис нарушил перемирие, но на самом деле они направляли стрелу моего сына. Ахиллес сам был нарушителем. Он не отдавал Повелительнице Черной Земли ее мертвого. Поэтому и не мог рассчитывать на покровительство. Через Париса боги выдворили строптивых ахейцев с нашей земли.

Лица собравшихся повернулись к Антенору. Этот советник считался в Трое мудрейшим человеком и к тому же знатоком ахейцев. Каждый помнил его дипломатические соображения по поводу ахейской делегации перед началом войны, когда он попытался предотвратить беду, посоветовав вернуть Елену.

— Все верно, – согласился Антенор.

Приам жестом указал на Елену.

— А ты, моя дорогая, что думаешь ты, зная ахейцев, как никто другой?

По отеческой улыбке Приама Елена поняла, что для него не столько важно ее мнение, сколько та радость, что он рассчитывал увидеть на ее лице. С колотящимся сердцем Елена сложила руки на животе. Синон и Одиссей должны были подготовить ее к чему бы то ни было. После всего, что она для них сделала, они по-прежнему ей не доверяли. Но с чего бы им доверять? Она и сама себе не доверяла.

— Я… я просто не знаю, что…

— У меня есть предложение, ваше величество, – перебил ее Антенор. – Я за то, чтобы найти способ закатить священного коня в цитадель и установить перед храмом Девы.

В ожидании ответа Приама у Елены от страха перехватило дыхание. За время войны отношения между царем и Антенором охладели, но Приам продолжал полагаться на честность своего самого давнего советника. Антенор всегда искренне высказывал свое мнение, невзирая на последствия для себя. Он был благородным человеком.

— Никогда не доверяйте ахейцам и не принимайте их даров, – вставил Лаокоон. Он хлопнул в ладоши, подзывая сыновей, выпрыгивавших друг на друга из-за ног коня. Жрец прижал мальчиков к себе с обеих сторон, как птица, накрывающая крыльями птенцов.

— Ты разве не видишь? Это дар, и ахейцы не хотят, чтобы он достался нам! – Антенор терял свое хваленое терпение. – Мы что, должны поступить так, как надеется враг: бросить священного коня на берегу? Сжечь на месте? Разобрать на дрова? Может, лучше почитать этот священный предмет, как мы почитали Девичий камень?

— Везите священную лошадь в храм! – завопила какая-то горожанка.

— Сохраните благосклонность богини! – поддержала ее другая.

— Любые другие действия навлекут на наши головы ее гнев, – подхватил другой советник. – Все знают, что, если богиня покинет наши стены, Троя падет. Так вот, это хорошая замена Девичьему камню.

Один за одним большинство старейшин высказались в его поддержку.

— В храме уже стоит новая статуя Девы, – запротестовала Кассандра. – Оставьте коня здесь.