Книга Елена Троянская. Возмездие, страница 109 – Сьюзен Уилсон

— Ты уже доказала, что не бесплодна. Рано делать такие выводы. Я просто хочу, чтобы ты чувствовала себя увереннее в своем положении. Я знаю, каково тебе все-таки приходится.

Елена повернулась лицом к алтарю, терзаемая муками совести за свой гнев. Муками совести перед маленькой девочкой в далекой Лаконии. Муками совести перед Троей.

— Прибереги свое беспокойство для города, который мы ввергли в войну.

Она молитвенно подняла руки и встретилась с жестким, бесстрастным взглядом Девичьего камня.

— Он славный мальчик. Однажды станет таким же, как папа. – Кассандра качала на коленке розовощекого малыша и ласкала губами его пушистые волосенки. Немного несмело она улыбнулась через его головку Елене. – Хочешь его подержать?

Андромаха бросилась к ребенку, вытянув руки.

— Дай его мне.

У Елены знакомо защемило в груди при виде того, как малыш устроился на руках матери. Его довольное гуканье ранило ее гораздо больнее, чем бесконечные колкости Андромахи.

Андромаха чмокнула мальчика в нос.

— Мужчин боги награждают победами в битвах, а женщин – здоровыми детьми. Они подарили мне Астианакта, чтобы я его любила и вырастила из него добродетельного человека, как полагается приличной матери.

Кассандра расправила воображаемые складки на юбке.

— Мы никогда не знаем, когда боги ниспошлют на нас свое благословение. – Она бросила застенчивый взгляд на Елену. – Никогда не надо отчаиваться. Пути богов непостижимы.

Елена выдавила из себя слабую благодарную улыбку. Благословение. Кассандра отвернулась. Маленькая начинающая жрица была одной из немногих членов Приамова семейства, кто никогда не относился к Елене с пренебрежением, как бы она при этом ни голосила в страхе за Трою. Порой она смотрела на Елену с такой жалостью, что Елена первой опускала глаза.

— Ты понимаешь их пути лучше, чем большинство людей, Кассандра, – сказала Андромаха. – Иные могли бы сказать, что ты просто ребенок, но именно поэтому твои речи так правдивы. Перед тем как нагрянули ахейцы, твой бог показал тебе нашу прекрасную равнину вытоптанной ногами чужеземцев, омытой кровью. Твои видения – это предупреждения, на которые мы должны обращать внимание. Бог показывает тебе, что худшее еще впереди, да?

— Пожалуйста, Андромаха, мама говорит, я должна слушать тех, кто в таких вещах разбирается. Мне не следует произносить вслух первое объяснение, что приходит в голову.

Андромаха несколько раз рассеянно шагнула, качая на руках Астианакта.

— Бедная маленькая Кассандра, но ты не одна страдаешь. Нет. Я тоже вижу ужасы. Мне кажется, Апалиунас посылает мне видения. – Она остановилась возле скамьи, на которой в одиночестве сидела Елена.

— Да? И что ты видишь?

Взгляд черных глаз Андромахи сделался отстраненным.

— Я вижу Ахею, хищную суку, которая наступает своими украшенными драгоценными камнями сандалиями на наших людей. Почва этой суки родит одни камни, поэтому она жаждет плодов чужого чрева. Ее рот, раззявленная ненасытная дыра, открывается все шире и шире, пока она не проглотит нашу землю.

Елена встала молча и резко и вышла из зала. Рыдание застряло в горле до момента, когда служанка Амата закрыла за ними дверь. Елена заставила себя проглотить его и выругалась.

— Тише, госпожа, они услышат, – сказала Амата. – Не давайте им такой радости.