Книга Любовь на финишной прямой, страница 47 – Missis Stranger

Стас тихо рассмеялся. Положил лопатку, выключил газ и медленно повернулся в её объятиях. Взял её лицо в ладони.

— Я не хотел, чтобы ты утром чувствовала себя неудобно, — ответил он хрипло, глядя ей прямо в глаза. Взгляд был тяжёлым, тёмным, полным того самого желания, которое он уже не пытался прятать.

Лера провела пальцами по его груди, ощущая, как под кожей быстро и сильно бьётся сердце.

— Я уже не чувствую себя неудобно, — тихо сказала она. — С тобой… вообще ничего не чувствую, кроме… этого.

Она не договорила. Просто поднялась на носочки и поцеловала его.

Его руки скользнули ниже, обхватили её за бёдра и легко приподняли, усадив на столешницу. Ладони скользнули под одежду, поднимая ткань вверх. Лера подняла руки, позволяя ему снять её. Когда футболка упала на пол, Стас на секунду замер, глядя на неё. Взгляд был таким голодным, что у Леры перехватило дыхание.

— Красивая, — выдохнул он, наклоняясь и целуя её в ключицу, потом ниже, в ложбинку между грудей. — Чёрт… ты даже не представляешь, какая ты красивая.

Он хотел её и не скрывал этого, и от осознания этого у Леры внутри что-то сладко ёкнулоКаждое прикосновение его губ отдавалось горячей волной где-то внизу живота. Лера обвила его ногами, не отрываясь от губ, выгнулась навстречу, и тихий стон вырвался у неё сам собой.

— Я люблю тебя, Лер, — выдохнул он ей в шею.

Она замерла. — Не надо, не говори мне этих слов, они ничего не значат. Просто будь рядом, — пробормотала она, запустив пальцы в его волосы и притягивая ближе.

Когда они вернулись на кухню, Стас взял две тарелки и начал раскладывать еду.

— Мы с тобой так можем помереть с голоду, каждый раз еду приходится разогревать заново.

Лера скрестила руки на груди, пряча улыбку.

— А если я скажу, что не люблю бекон?

Стас фыркнул, не глядя на неё, и щёлкнул лопаткой по краю сковороды.

— Не верю. Никто не может не любить бекон. Это как сказать, что не любишь солнце по утрам. Или тишину, когда город ещё не проснулся.

Лера тихо рассмеялась и подошла к столу, села на стул, поджав одну ногу под себя.

— Ладно, признаю, с едой у нас пока не очень. Но если я скажу, что готова из твоих рук съесть что угодно, ты перестанешь ворчать?

Стас поставил тарелку перед ней, потом наклонился к ней и медленно поцеловал. Лера невольно потянулась к нему, положив ладонь ему на грудь, и почувствовала, как под её пальцами быстро и сильно бьётся сердце.

Она прикрыла глаза, чувствуя, как его ладонь мягко легла ей на затылок, удерживая на секунду дольше, чем требовалось для простого «доброе утро».

Стас нехотя отстранился:

— Вот. Теперь официально: завтрак, который ты не планировала. Но который нельзя пропустить.

Лера улыбнулась, чувствуя лёгкий вкус кофе губах. Запах яичницы и бекона разливался по маленькой кухне, смешиваясь с утренней прохладой, которая пробивалась сквозь приоткрытое окно.

Она опустила взгляд на тарелку, где аппетитно лежала яичница с хрустящим беконом, и тихо улыбнулась.

— Ты всегда так решаешь споры? Поцелуями и едой?

Стас хмыкнул, садясь напротив.

— Только с тобой.

Он подцепил кусочек бекона и, прищурившись, протянул ей:

— Ладно, если уж ты готова есть всё, что я приготовлю… то сначала попробуй это.

Лера наклонилась вперёд, не отводя от него глаз, и аккуратно взяла кусочек бекона зубами прямо из его пальцев. Хрустящая корочка приятно лопнула на языке, оставляя солоновато-сладкий вкус.