Книга Когда я была тобой, страница 43 – Василиса Романова

Девушка не понимала, что с ней творится в последние дни. Раньше она так никогда не поступала. Это от Тони легко можно было ожидать пьяных поцелуев с чужим мужчиной, это сестра всегда была взбалмошной, эмоциональной, способной на необъяснимые поступки женщиной. За примерами далеко бежать не надо. Последняя её выходка — красноречивое доказательство временами проявлявшейся Тониной невменяемости. Но Вера не была такой. Да, она иногда поддерживала Тонины сумасшедшие идеи, и даже помогала воплотить их в жизнь. Но ей всегда удавалось сохранять трезвость ума. Всегда, до вчерашнего дня.

После контрастного душа и горячего плотного завтрака, съеденного с огромным аппетитом, Вера лежала в своей комнате и молча разглядывала потолок. В голове её была полная каша, девушка никак не могла собраться с мыслями. Разговор с Димой не состоялся, и теперь он о чём-то собирался с ней побеседовать, но Веру это почему-то совсем не заботило. Не получилось — и не получилось. Ну и ладно. Когда-нибудь в другой раз получится. Что он ей скажет вечером? Наверняка что-то важное. Ну и пусть говорит. А Вера послушает.

С каким-то непривычным для самой себя равнодушием девушка относилась теперь к происходящим в её жизни событиям, словно источник, наполнявший её всё это время разными эмоциями, наконец, иссяк. Она не испытывала больше страданий, вспоминая Тоню, не чувствовала стыда за произошедший утром инцидент, ей не было больно, страшно, обидно, она ни в чём себя не винила и никого не осуждала. По телу разлилось приятное, исцеляющее спокойствие. Впервые за последние месяцы Вера чувствовала себя легко и свободно. «Если во всём этом заслуга алкоголя, — подумала она, — то я готова стать беспробудной пьяницей, лишь бы не возвращаться к прежним переживаниям. Не хочу обратно».

Вечером, после многочасового сна, Вера с тревогой ждала предстоящего разговора с Дмитрием. После окончательно наступившей трезвости ума и тела, все так долго досаждавшие ей ранее чувства и эмоции, заняли свои прежние места в разных уголках Вериной души. Предположения о сути будущего разговора сменяли друг друга, наводя ещё больший хаос в голове девушки. Она не могла отделаться от мыслей о своём не случившемся признании, и снова по нескольку раз подряд повторяла про себя саморазоблачающий монолог. Вера снова чувствовала себя виноватой во всех смертных грехах, к которым добавилось её утреннее «приключение». Ей казалось, что мозг вот-вот взорвётся от неудержимой лавины нахлынувших с новой силой страданий и переживаний. И девушке захотелось забыться, чтобы снова стало так же хорошо и спокойно, как несколько часов назад.

Вера, взволнованно озираясь, и стараясь не попадаться никому на глаза, пробралась в столовую к внушительных размеров бару. «У Тони должно что-то быть», — разглядывая ёмкости с алкоголем, подумала она. Наконец отыскав наполовину пустую бутылку белого вермута и, захватив стакан, девушка на цыпочках осторожно вернулась в свою комнату.

Спустя некоторое время уже изрядно опьяневшая Вера сидела напротив зеркала, и, чокаясь с отражением, громко произносила тосты. «За тебя, Тонька! За твою замечательную семью. За доченьку…она такая лапа у вас получилась… — заплетающимся языком говорила девушка, подливая очередную порцию горячительного напитка в стакан. — А муж у тебя вообще золото. Был бы у меня такой муж, я бы ни в какую Бразилию от него никогда не сбежала…Но, судьба другая…» В коридоре послышались тяжёлые шаги Дмитрия. «Я сейчас с твоим мужиком поговорю, сестра, и вернусь. Ты только никуда не уходи!» — сказала Вера своему отражению, и, еле держась на ногах, побрела в комнату Димы.