Книга Измена. Не умирают от любви, страница 75 – Светлана Калинникова

Я вздохнула.

— Не всегда мы жили плохо. Я бы сказала, что до октября прошлого года я вообще жила очень хорошо: не очень счастливая, но привыкшая к этому состоянию, и обманутая. Может, так и жила бы еще двадцать лет.

Я изложила Туринову всю ситуацию как есть. Он выслушал меня внимательно и вдумчиво.

— Похоже, он меня не так понял, как я думала. Теперь наш заведующий им занимается, я попросила его помочь, — сказала я. — Чувствую себя виноватой и перед мальчишкой, и перед Стасом.

— Он понял тебя ровно так, как ему хотелось. Ответь мне только на один вопрос: он тебе симпатичен? Ты... испытываешь к нему чувства?

— Ты с ума сошел? — я вскочила с дивана. — Что за чушь ты несешь? Я не знаю, как мне успокоиться, а тут ты еще…

Мой возмущенный крик привлек Юрку, который вышел из комнаты.

— Мам! Что случилось? — спросил он с улыбкой. — Еще пиццу хочешь?

Вот уж шутник нашелся!

— Это она так намекает, что в следующий раз мы поедем ко мне на дачу все вместе, — пояснил Туринов.

— Нет, — серьезно ответил Юрка. — Я не могу, времени нет совсем. У меня ЕГЭ на носу, и девушка не одобрит…

— Девушка? — час от часу не легче. А мне и не сказал ничего, партизан.

— Мам, ты спросила так, будто я собрался жениться, — заметил он.

Видимо, я действительно потеряла самообладание, потому что тем же тоном переспросила:

— Жениться?

Наше веселье прервалось внезапно.

Звонок в дверь — и Юрка пошел посмотреть, кто там пожаловал.

— Отец, — услышала я его голос, и сердце екнуло. — Открывать не стану.

Но тут в дверь начали колотить с такой силой, что казалось, она вот-вот распахнется. Скорее всего, ногой.

— Мам! Он там просто надрывается! — донесся до меня крик сына.

— Открывай, — сказала я, пытаясь сохранить спокойствие. — Черт с ним. А то соседи услышат и вызовут полицию.

ГЛАВА 30. Иль че забыл, сказать пришел?

Вадим был трезв, немного взбудоражен и как-то уж потрепан, в том смысле, когда человек находится в состоянии хронической усталости. Возможно, для чужого глаза он и выглядел, как всегда, достойно: костюм, меховая куртка, аккуратная стрижка и прочие атрибуты внешнего лоска. Но для меня, как для женщины, обхаживающей его в течение двадцати лет, было понятно, что Вадим очень вмотан. Что делать! Молодая жена, судебные тяжбы с бывшей женой, а здоровье-то уже не то.

Бывший муж пришел не поговорить, а высказаться, не обсудить, а осудить, не проведать сына, а обличить в его глазах меня и как мать, и как женщину. Мог бы прихватить и «свет в оконце» - Веру, но решил не портить своей девочке нервы. Она молодая, свежая, а вот «старухе» - самое время всыпать.

«Это откудова это к нам такого красивого дяденьку замело? Иль че забыл, сказать пришел?» – вспомнились мне слова Надюхи. «Нет, не годится. С ним исключительно деловой подход», - пришла я к выводу.

— Только, пожалуйста, очень коротко, - сказала я. – Скоро уже спать пора ложиться, и на визиты третьих лиц как-то никто не рассчитывал.

— Спать она собралась! – осклабился Вадим. – А одеяло твое, смотрю, рядом ошивается. А чего ты, Александр Евгеньевич, не в домашнем? А-а-а, понимаю, понимаю, я же все свои вещи забрал, а так бы тоже донашивал, небрезгливый же…

Туринов, стоявший рядом со мной, вздохнул, пробормотал: «Ну, не хотел я так», и быстрым движением прижал Ахтырского к стене. Они оба высокого роста, поджарые и сильные. Вадим закряхтел и так же двумя руками вцепился в Туринова.