Книга Мой опасный, страница 95 – Татьяна Гончарова, Елена Сергеева

Хард уже перестал поливать отборнейшей хвостовой руганью команду, ослушавшуюся его приказа, принял их решение — и разразился серий крайне грамотных приказов. У меня аж в животе потеплело от уважительных взглядов команды, глядя на него. Да, молодец наш командир. Соображает.

Следуя его указаниями мы быстро и грамотно организуемся, и как-то незаметно наша отрезанная тройка оказывается на той стороне.

К финишу мы устремляемся единым импульсным сгустком. Твари, уже сами разбегаются от нас, хотя, по-моему, такой программы в их кибернетических мозгах техниками не предусмотрено. Плевать!

Мы очень сильно отстаём, но нам на всё плевать! Улыбаясь до ушей и перебрасываясь злыми остротами, влетаем на финишную линию… последними. Зато полным составом.

Первой пришла команда 6-КЛ, мы видим, как они празднуют победу, хлопают по плечу Дарга Валтина, своего командира.

Подтягиваются остальные отстающие — хмурые, расстроенные. Они все перебрались через провал в земле. И сейчас мрачно присоединяются к своим командам.

На нашу же 1-КА, пришедшую последней, все другие косятся, как на ненормальных. Есть от чего. Похоже, вообще никто из нас не расстроен. Наоборот. Мы все довольные до жути. Переглядываемся восторженно и благодарно. И я понимаю их. Сейчас каждый сделал глобальный скачок над собой.

Ведь никто из нас до сих пор даже близко не приближался к той скорости и эффективности действий, какую мы обрели сейчас, когда единым целым пробивались к финишу. Это дорого стоит.

И не так уже важно, что интенсив нам не зачтут. Всё равно. Мы достигли главной цели — стали намного круче, чем были. А значит, интенсив точно был не зря!

Хард подходит ко мне, не скрываясь, обвивает хвостом мой коротыш, привычно поглаживая кольцо на моём хвосте. Мы все грязные, броня местами обуглена и в прорехах, но никто не ранен, все целы. И Хард сейчас привычно проводит по мне руками и хвостом, убеждаясь, что я в порядке.

Обнимаю мужа, прижимаясь к нему и смотрю ему в глаза, встречая его пронзительный счастливый взгляд. Нам не нужно слов. И даже поцелуев не нужно. «Все будет хорошо, малышка моя», — говорит Хард хвостом, обвивая мой подставляющийся под ласку коротыш, — «сообразим, как дальше».

«Сообразим», — отвечаю своим хвостиком ему я.

На построение наша команда выходит с видом победителей. На нас смотрят, как на безумных, но нам всё равно. Здесь каждый из 1-КА — победитель.

Дрэго Зартон стоит перед нами с привычной бесстрастностью и полностью неподвижным хвостом. Показывает на табло с результатами.

Да, 1-КА на последней строчке. Зачёт ведь идёт по первому добравшемуся до финиша. Об этом нас отдельно предупреждали.

6-КЛ празднует победу, однако замирают и строятся назад под властным взглядом куратора интенсива.

Дрэго Зартон выходит вперёд, обводит нас тёмным взглядом.

— Вы видите перед собой промежуточные результаты финала, — вдруг заявляет он резким поставленным голосом, а вокруг сгущается ошеломленная тишина.

Губы Зартона кривятся в жесткой зловещей усмешке.

— Финал еще не окончен. Прошу командиров групп подойти и получить новые вводные для последнего этапа испытания.

Хард ушёл вместе с другими командирами получать вводные. А мы остались. Стояли мы так и радовались не долго. Наваливалась неизбежная усталость. Вот она цена за тот сумасшедший прорыв.