Книга Желтый уровень опасности, страница 9 – Брит Бильдёэн

Когда она вечером чуть пораньше заглянула в полутемную столовую, помещение выглядело блекло. Теперь же стол освещают живые свечи в начищенных до блеска латунных подсвечниках. На бревенчатых стенах тоже закреплены подсвечники с зажженными сальными свечами. От этого по комнате разливается неяркое мерцающее сияние. Кружевные занавески, хлипкая защита от черноты и сырости за окном, задернуты, но звук барабанящего по стеклу дождя приглушить не могут.

Мать обнаружила, что тарелки тут такие же, как в сервизе, подаренном им на свадьбу, только другой расцветки. Вот так совпадение! Отец возражает, что это не так, не помнит он такого сервиза. Мать стоит на своем. Они всегда друг друга поддерживают, но в то же время каждый старается выказать свое превосходство – не сильно, но явно выпячивая свою роль. Ян Инге, как обычно голодный, набрасывается на лепешки и сметану. Сама же Дорте ищет глазами вино. На столе одни только кувшины с водой. Дорте встает и наливает всем воды.

Но вот Уле несет две бутылки вина и штопор. На нем все тот же красный передник. Или, может быть, он заменил его другим. Накрахмаленным, наглаженным, без единого пятнышка. Хозяин останавливается у торца стола и снова с улыбкой приветствует собравшихся, откупоривая в то же время одну из бутылок. Разглядев этикетку с белой птицей, Дорте одобрительно кивает.

— Я полагаю, вы все проголодались, – говорит Уле. – Поэтому не будем тянуть с ужином. Не стану сегодня подробно рассказывать вам историю хутора. Подождем до завтра.

Понюхав пробку, он подмигивает Дорте.

— Выбор вина к завтрашнему обеду подробно обсуждался с винным экспертом вашей семьи. Но сегодня за столом главный я. И к традиционному рагу из лося я решил подать бутылочку “Коломбье Кроз-Эрмитаж”.

Показав всем этикетку на бутылке, Уле начинает разливать вино. Винтаж он не называет, сообразив, видимо, что аудитории это не слишком интересно. Первыми наполняет бокалы золотых юбиляров. Дорте в последнюю очередь. Когда он наполняет ее бокал, Дорте замечает, что в каждый он налил абсолютно одинаковое количество.

— Сейчас вернусь, – говорит он и удаляется с пустой бутылкой.

— Пора поднять бокалы! – говорит Дорте и так и поступает. В пламени живых свечей вино мерцает глубоким красным сиянием – священное, ясное и сияющее пространство, куда они могут торжественно вступить. Все пятеро подчиняются ей, тоже поднимают бокалы, обмениваются взглядами. Испытующими? Любящими? Или просто вежливыми? Неужели никто ничего не скажет? Придется Дорте самой.

— За вас, Анна и Юн!

Мать с отцом смущенно улыбаются, но послушно чокаются друг с другом. Но вот появляется угощение. От большой кастрюли, которую Уле ставит на стол, поднимается благоухающий пар. Уле вонзает в нежную массу из мяса, томатов и овощей огромную ложку. Слегка поклонившись, удаляется. Ужин подан.

Карл берется накладывать рагу, просит мать дать ему свою тарелку. Когда он протягивает за ней руку, Дорте видит на рукаве темно-зеленого джемпера эмблему, которой она раньше не замечала. Воющий волк и слова, которые она пока не успела разобрать. Но пока не утолен первый голод, она выбрасывает это из головы. Вот Ян Инге поворачивается к Карлу и просит его рассказать о своей фирмe.

Карл кривится и говорит, что лучше они потом это обсудят. Но теперь уже все за столом навострили уши.