Книга Зона категории «90», страница 2 – Дмитрий Штиль

— Буран! Рядом! — рявкнул Хромов, но голос сорвался.

В этот момент ритм в наушнике сержанта изменился.

*Щелк-щелк-щелк-щелк.*

Звук уплотнился. Стал быстрее. Тревожнее.

Летов за спиной лязгнул затвором, досылая патрон в патронник. Звук металла в лесу показался оглушительно громким.

— Товарищ сержант… что там? — прошептал Летов.

Хромов не ответил. Он вскинул автомат одной рукой, левой выхватывая с пояса армейский фонарь и нажимая тугую кнопку. Мощный луч с трудом пробил стену дождя, выхватив из мрака переплетение мокрых веток по ту сторону «колючки».

*Треск-треск-треск.* Дозиметр на груди начал срываться на мелкую дробь.

Хромов повел лучом правее. Что-то массивное медленно раздвигало кусты. Не кралось, не ломилось в панике, как испуганный зверь, а шло напролом, равнодушно ломая ветки.

В круг света шагнуло существо.

У Летова за спиной со свистом вырвался воздух сквозь стиснутые зубы. Буран забился в истерике, захлебываясь лаем пополам со скулежом, путаясь в поводке вокруг ног сержанта.

Это был кабан. Таежный секач громадных размеров. Но то, что с ним сделала эта земля, заставляло желудок сжаться в ледяной комок. Животное было чудовищно асимметричным. Правая сторона его массивной, покрытой жесткой щетиной туши казалась раздутой, с буграми неестественных наростов. А левая половина морды словно оплыла, как расплавленный на огне пластик. Кожа там лопнула, обнажив почерневшие десны и кривые, торчащие в разные стороны клыки. Правого глаза не было вообще — на его месте зияла влажная, пульсирующая впадина, затянутая гнойной белесой пленкой. Шерсть вылезла огромными плешивыми кусками, открывая серую, покрытую мокнущими язвами кожу, по которой стекали потоки дождя.

Но самым страшным было не уродство. Самым жутким было его поведение. Любой дикий зверь, ослепленный лучом фонаря, оглушенный истеричным лаем собаки, бросился бы бежать или атаковал. Этот — нет.

Он просто стоял в грязи за колючей проволокой. Его единственный, заплывший кровью левый глаз смотрел прямо на людей. В этом взгляде не было ни ярости, ни страха, ни животного инстинкта. В нем была абсолютная, мертвая пустота. Кабан тяжело и хрипло дышал, из его порванной пасти на землю капала черная слюна, но он даже не пытался сдвинуться с места. Он просто стоял и смотрел на них сквозь проволоку, словно ожидая чего-то.

*Тр-р-р-р-р!*

Карболитовый наушник Хромова взвизгнул, превратив щелчки в непрерывный, режущий барабанные перепонки скрежет. Стрелка на шкале ДП-5В дернулась, с сухим стуком ударилась об ограничитель и намертво залипла в крайнем правом положении.

Воздух вдруг стал плотным. В нос ударил резкий, до рези в глазах, неестественный запах грозы. Концентрированный озон, словно молния ударила прямо им под ноги.

Хромов сглотнул.

— Твою мать… — прохрипел сержант. Он хотел скомандовать отход, но горло перехватило спазмом.

И тут началось то, что сломало психику обоим. Прямо в воздухе, прямо перед глазами Хромова, начали лопаться ослепительно-белые искры. Словно кто-то бил его по затылку, вызывая оптические галлюцинации. Искры гасли, оставляя после себя черные, плавающие пятна.

Он заморгал, пытаясь смахнуть наваждение, но стало только хуже. Лужи под ногами урода-кабана вдруг начали едва заметно светиться. Это было мертвое, тошнотворно-синее, призрачное свечение, исходящее прямо из грязной воды.