Книга Код «Бинома», страница 36 – Дмитрий Штиль

Я уже чувствовал эту сладкую, тягучую зависимость от физической разрядки. Моё новое тело, поначалу сопротивлявшееся насилию, начало привыкать. Мышцы наливались тяжестью, связки перестали ныть по утрам, а дыхание выровнялось. Виктор Ланцев медленно, со скрипом, но превращался в того, кем я привык быть.

— Разминка! Бегом марш! — рявкнул тренер.

Мы побежали по кругу. Кеды шлепали вразнобой. В воздухе висел густой запах канифоли, пыли и мужской работы.

— Упор лежа! На кулаках! Тридцать раз!

Я упал на пол. Костяшки пальцев врезались в доски.

Раз. Два. Три…

На двадцатом руки задрожали. «Ботаник» внутри меня заскулил, требуя пощады.

«Заткнись, — приказал я ему. — В Кандагаре мы делали сотню с рюкзаком».

Двадцать пять. Двадцать шесть.

Я встал, стряхивая пот с ресниц. Руки гудели, но это была правильная боль. Живая.

— Работа в парах! — скомандовал тренер. — Ланцев, встаешь с новеньким.

Моим партнером оказался коренастый, крепко сбитый мужик лет тридцати пяти. Лицо у него было «бедовое» — нос с горбинкой (явно ломаный и не раз), над бровью белел шрам, взгляд цепкий, колючий.

Такие лица не носят инженеры или бухгалтеры.

— Стас, — буркнул он, не подавая руки (суставы его пальцев были густо замотаны медицинским пластырем).

— Виктор.

— Ну давай, Виктор. Покажи, чему научили.

Мы начали.

Стас не стал тратить время на разведку. Он пошел вперед как танк — низко, жестко, перекрываясь плечами. Его удары были скупыми, без киношных замахов, но очень плотными.

Он бил не чтобы набрать очки. Он бил, чтобы выключить.

Я ушел с линии атаки, пропустив его кулак в миллиметре от уха.

«Ого, — отметил мой внутренний аналитик. — Это не самбо. Это уличная школа. Или оперативная».

Он провел серию в корпус. Я блокировал, но руки «засушило» от силы его ударов.

— Не спи, интеллигенция! — усмехнулся Стас, входя в клинч.

Он попытался сделать подсечку. Классическую, ментовскую. В этот момент я отключил Ланцева и включил Черепа. Вместо того чтобы упираться, я поддался. Провалил его вперед, используя его же инерцию. И пока он восстанавливал равновесие, обозначил удар в челюсть. Остановил руку в сантиметре от цели.

Стас замер.

Если бы это был реальный бой, он бы уже лежал на полу.

Он медленно выпрямился, глядя на меня с новым интересом.

— Интересно… — протянул он. — Где такой вход подсмотрел? В библиотеке имени Ленина?

— В киножурнале «Хочу всё знать», — огрызнулся я, восстанавливая дыхание.

В раздевалке стоял густой пар и запах дешевого мыла. Мы сидели на скамейке, вытираясь вафельными полотенцами.

Стас достал пачку «Опала», закурил прямо здесь, под знаком «Не курить».

— Ты ведь не гражданский, Витя, — сказал он утвердительно, выпуская дым в потолок. — Дышишь не так. Двигаешься не так. Глаза… не штатские.

— А какие?

— Внимательные…

Он протянул мне сигарету. Я взял.

— КГБ, второе Управление, — коротко ответил я.

Стас хмыкнул, качая головой.

— Рыбак рыбака видит из далека. И я из Комитета.

— Какое Управление?

— Пятое управление, — ответил он просто. — Идеология и неформалы.

Мы вышли из спорткомплекса в московскую ночь. Ленинградский проспект шумел троллейбусами, мокрый асфальт блестел в свете фонарей.

Стас шел рядом, засунув руки в карманы куртки.

— Слушай, Витя. Раз уж мы коллеги… Есть разговор. Не для протокола. Ты ведь слышал про указ? Про запрет карате?