Книга Перепутье, страница 63 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Я разговариваю, и можно сделать вывод, что всё идёт по плану, – полковник усмехнулся и, кивнув Троицкому, направился к двери.

— Иван Михайлович, подождите, – Слава встал из-за стола и подошёл к Рокотову. Сейчас было отлично видно, что полковник среднего роста, во всяком случае, крёстный был выше, чем он. – Дмитрий рассказал, что произошло в спортзале.

— И снова неожиданно. – Иван бросил на меня задумчивый взгляд.

— Он также сказал, что Павел Анатольевич согласился с ним заниматься только параллельно с вами.

— Хм, да, что-то такое было, – уголки губ полковника чуть дрогнули, словно он хотел улыбнуться.

— И каково ваше решение? – Слава слегка нахмурился, а затем, не дав Рокотову ответить, быстро продолжил. – Какое бы ни было ваше решение, я могу попросить вас решить этот вопрос положительно?

— Что?! – воскликнул я, под выразительное хмыканье полковника.

— Я вам могу предложить малый артефакт «Гнев небес», в обмен на небольшую, ничего не стоящую для вас услугу. – Словно не слыша моего возмущённого вопля, продолжил Слава.

— А вы умеете заинтересовать, – Рокотов продолжал задумчиво смотреть на меня. – Если я соглашусь, то никакие претензии ко мне ни от вас, ни от этого юноши не принимаются.

— Иван Михайлович, ну какие могут быть к вам претензии? – улыбнулся крёстный.

— Одно условие: Наумов должен делать всё, что я от него потребую. Абсолютно всё.

— Естественно. Какой толк в обучении, если обучаемый сопротивляется и перечит преподавателю. Раньше у Дмитрия были проблемы с дисциплиной, но теперь мальчик повзрослел и поумнел, – с серьёзным видом ответил Троицкий. – Во всяком случае, я на это надеюсь, – добавил он тихо.

— Я не предмет для сомнительных экспериментов, – я привстал со своего стула, глядя на этих двоих с неприязнью.

— И да, Наумов должен быть уверен в том, что это нужно, прежде всего, ему самому. А не только вам, Вячеслав Викторович. Даже учитывая тот факт, что вы сами преследуете какие-то только вам известные цели. Включите наше занятие ему в расписание на завтра, – полковник снова посмотрел на меня. – Я буду ждать тебя завтра утром. Если придёшь, то это будет означать, что ты готов принять всё, что я тебе предложу. Если не придёшь, я настаивать не буду. Но в любом случае артефакт мой, – это он сказал уже директору и быстро вышел из кабинета.

— Зачем ты это сделал? – я посмотрел на Славу, сжав кулаки.

— Ты сам захотел продолжить обучение, так что терпи, – пожал плечами любящий крёстный. – Дима, ты весь прошлый год занимался невесть чем. А учитывая твою фантастическую способность влипать в разные неприятности, я хочу быть уверенным, что с проблемой ты сможешь разобраться хотя бы физически.

— Я-то потерплю… А ты вообще в курсе, что этот псих, похоже, знает все Рода Тёмных. Их историю, кто чем владел, кто как кончил… Думаю, ему будет под силу соединить Троицких времён Империи и тебя.

— Зачем Ивану Михайловичу напрягаться, он и так знает, что я Тёмный. Но, Дима, есть одно маленькое «но», я не Лазарев. А теперь иди, отдохни, подумай как следует. Я не буду настаивать на этих занятиях. Это будет действительно невероятно сложно, и, возможно, очень больно. Но ты должен доказать прежде всего самому себе, что повзрослел, и Рокотов тебе в этом может помочь.