Книга Перепутье, страница 62 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Кто?

— Полковник. Но у меня опять случился выброс, на этот раз ментальный. Этот Рокотов, он как-то умеет глушить любые направленные ментальные атаки, ты знал об этом?

— Нет, – крёстный покачал головой. – Не знал.

— Ну, сейчас знаешь. – Я криво улыбнулся. – Когда случился этот неконтролируемый выброс, полковник начал меня пытать. Конечно, не в физическом плане, а, скорее, в моральном. Как у него это получается: стоять, ничего не делать, а ощущения такие, будто с тебя шкуру спускают прямо у него под носом, да ещё и по его приказу? Но это не суть. Суть в том, что он догадался, что я Тёмный, и мне пришлось выложить всё о том, кто я есть на самом деле. Кто, Прекраснейшая его раздери, этот полковник? – наконец, закончил я свою сумбурную речь и уставился на Славу.

Троицкий некоторое время на меня задумчиво смотрел, затем откинулся на спинку стула и медленно ответил.

— Всё, что касается полковника Рокотова – тайна за семью печатями. Всем известно только одно, у него своя собственная методика тренировки бойцов. Он использует свою базу и своё подразделение – как своеобразный полигон. Словно что-то ищет, чего-то пытается достичь.

— О, а я, кажется, знаю, чего он хочет достичь, – тихо пробормотал я. Но Слава меня не услышал, потому что продолжал говорить.

— Подразделение Рокотова носит название «Волки». И его мечтают заполучить для долгосрочной работы и в полном составе все известные главы государств и главы их служб безопасности. Но они подписываются только на выполнение разовых контрактов. Павел Анатольевич Устюгов некоторое время служил у Рокотова. То, что я сумел его к себе заманить в качестве преподавателя, сразу же подняло рейтинг Столичной Школы Магии среди остальных школ на два пункта. – Постучал ручкой по столу Троицкий.

— Наёмники? – я не удержался и хмыкнул.

— Наёмники, – кивнул Слава, – но какие… – Он на секунду замолчал, а затем продолжил. – Это вполне официальное юридически независимое военное подразделение, зарегистрированное на территории нашей Республики. Последний контракт был закрыт именно здесь в России, и полковник вынужден был сам принимать участие в выполнении условий. Слишком уж деликатное было дело. Его ранили, не тяжело, но неприятно. И так как лечение в случае ранения входит в условия контракта, то его отправили сюда. Ахметова лучшая в своём деле. Так что ты говорил? – неожиданно встрепенулся он.

— Ты что, меня не слышал? Этот Рокотов сразу понял, кто я есть на самом деле. Он мне такой анализ выкатил, эриль средней силы умрёт от зависти. Он восхищается Тёмными, ясно. И, похоже, фанатеет от конкретных Тёмных. «Волки», а? – я не смог удержаться от сарказма.

— Я тебя не слишком понимаю, – Троицкий нахмурился. – Когда ты суетишься, у тебя с речью возникают кое-какие проблемы, ты не замечал?

В это время в дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, в кабинет вошёл тот самый полковник Рокотов, которого мы только что со Славой обсуждали. Увидев меня, он немного удивился. Во всяком случае, я на это надеюсь, потому что у него дёрнулся уголок рта.

— Неожиданно, – наконец, произнёс полковник, затем повернулся к крёстному. – Вы просили сказать, как идёт восстановление связок, Вячеслав Викторович.

— И как же? – Слава выглядел предельно сосредоточенным.