Книга Пипец Котенку! 1, страница 46 – Александр Майерс

Воцаряется тишина. Директриса смотрит на меня и говорит:

— Закрой дверь, Котов.

Как-то дышать тяжело становится. Одновременно с этим ниже пупка разгорается пожар. Делаю, что попросили.

— Подойди, — бархатистым шёпотом произносит Августина.

Подхожу. Собираюсь приблизиться вплотную, но директриса выставляет руку и упирается пальцем мне в грудь, заставляя остановиться. Вижу, как взволнованно она дышит, как блестят её карие глаза… О великие звёзды, кажется, я действительно переборщил с Обольщением.

— Ты менталист, что ли, Котов? — спрашивает Августина Филипповна.

— Что вы имеете в виду?

— Не пытайся меня обдурить. Если ты не знал, я — маг воздуха второго ранга. И могу почувствовать, когда кто-то рядом творит сильное заклинание.

— Да я же только вчера ядро пробудил, — пытаюсь оправдаться.

— Значит, у тебя великий талант, который до поры до времени спал, — продолжает директриса. Медленно, будто нехотя, убирает палец от моей груди. — Ты затуманил мой разум, воспитанник. Но, когда началась драка, заклятие спало.

— Не знаю, ваше благородие. Может, я и правда интуитивно применил какую-то магию. Я просто очень хотел, чтобы вы мне поверили.

Августина недоверчиво хмыкает и теребит пуговицу на блузке. Нет, похоже, мне ничего не светит. А на мгновение я уже представил, как сбрасываю со стола бумаги и мы предаемся на нём развратной любви. Директриса — женщина сочная, наверняка опытная.

Но опытная, тьма меня пожри, не только в постели. Поняла, что её желание — лишь следствие магического воздействия с моей стороны. Бессознательного, как она полагает.

— Ты ходил вчера к Степану Карповичу?

— Так точно, — киваю. — Мы договорились, что он будет меня изучать.

— Хорошо. Пусть изучает. Впредь не смей применять на мне свои таланты! И хватит попадать в переделки.

— Постараюсь, ваше благородие.

— Всё, топай, — вздыхает директриса и идёт за стол.

Не могу удержаться, чтоб не оценить её объёмные, но такие упругие на вид ягодицы. Августина Филипповна садится за стол и смотрит на меня поверх очков:

— Я могу надеяться, что ты отправишься сразу в спальную комнату?

— Конечно. Завтра много дел, надо выспаться, — кланяюсь на прощание. — Добрых снов.

Директриса не отвечает. Вижу, как она достает из кармана мобилет — небольшую чёрную коробочку с экраном. Мобилет — это такое устройство связи, которое работает на макре. Дорогая штука, далеко не каждый может себе позволить.

Зуб даю, что Августина хочет пригласить какого-то мужчину, чтобы помог ей сбросить напряжение. Интересно, кого? Уж не Бернарда ли Хенриковича? Он самый брутальный мужик из тех, что я видел в интернате. Большинство охранников рядом с ним всё равно что воспитанники, шкетами выглядят.

Выйдя из кабинета, даже думаю, не подслушать ли. Но вместо того, чтоб удовлетворять праздное любопытство, решаю сделать кое-что другое. Более благородное.

Оглядываясь по сторонам, чтоб не спалиться перед охраной, подхожу к ближайшему окну и выпрыгиваю на улицу. Крадусь по кустам, добираясь до нужного крыла. Так-так… Вроде бы вон то окно, на третьем этаже.

Только как забраться? По водосточной трубе не вариант. Как-то хлипенько она выглядит. Что ж, вариантов нет, придётся вспоминать печать Липучки.

Терпеть её не могу. Да, можно намертво приклеить к своей руке что угодно. Но это «что угодно» потом тяжело отодрать. Даже когда развеешь печать, остаточное действие поддерживается внутренними потоками маны.