Книга Имперский Провидец 3, страница 54 – Александр Майерс, Виктор Молотов

В любом случае, этот вид заработка был бы гораздо честнее, чем обман влюбчивых молодых аристократок…

— Только учти, что ты ни копейки не получишь, — продолжил я. — Деньги пойдут на выкуп моего ожерелья, а также на компенсацию материального и морального ущерба всем девушкам, которым ты врал.

— Что⁈ — воскликнул Феодор, аж подпрыгнув. — Это нечестно!

Я притормозил и резко развернулся к нему, заставив вжаться в сиденье:

— Ты предпочитаешь тюрьму? Или, может, я должен напомнить, сколько лет тебе светит за кражу фамильных реликвий? Да и вообще… Как думаешь, сколько дворян хотят отрезать тебе голову?

Он затряс головой, примирительно поднимая скованные руки:

— Нет-нет! Я согласен!

— Молодец, — я снова взял телефон, на этот раз набирая номер дворецкого.

Попросил начать подготовку бального зала к выставке-аукциону и разослать приглашения всем значимым московским дворянам. Зорины давно не устраивали приёмов, а здесь будет не просто светский ужин, а нечто уникальное.

Вечером того же дня, уже когда я был у себя в поместье, гвардейцы привезли двадцать три картины. Я осмотрел их при свете хрустальных люстр, заставив Феодора молча стоять в углу. Угрюмые пейзажи с кровавыми закатами, искажённые портреты, абстракции с претензией на мистицизм — идеальная почва для спекуляций.

— Неплохо, на самом деле, — сказал я, разглядывая холст с изображением трёхглавого дракона, каждая из морд которого изображала свою эмоцию.

— Прикажете составить каталог, господин? — спросил стоящий неподалёку дворецкий. — Гостям так будет удобнее выбрать картину.

— Нет. Анонсируем как «последние работы гениального преступника». Подготовь лучше биографию — добавь про душевные муки, непризнанного гения, трагическую любовь, после которой он пошёл по криминальному пути.

— Слушаюсь, — кивнул дворецкий.

На следующий день почти всё было готово. Выставку решили провести ночью и в полумраке, чтобы картины освещались светом луны и свечей. Так будет создана нужная атмосфера, которая подчеркнёт общий мрачноватый тон произведений.

Утром мне позвонил Кретов.

— Слышал, ты устроил цирк, — голос звучал насмешливо. — Картины мошенника продаёшь?

— Это будет уникальное светское мероприятие, на котором будут продаваться полотна непризнанного гения, — ответил я с улыбкой.

— Надеюсь, твоя афера сработает.

— Это не афера, это искусство. В нём так всё и работает, — объяснил я.

В прошлой жизни мне довелось работать и с художниками, поэтому я немного разбирался в их внутренней кухне.

— Как поездка во Владимир? Узнал что-нибудь интересное? — сменил тему Кретов.

— Да, кое-что… — сказал я, вспоминая разговор про группу, в которую входили Прохор и Стоцкий. — Вряд ли ты захочешь об этом говорить, но обсудить стоит.

— Хм. Ладно, — проворчал Дмитрий. — Обсудим, наверное. Пока будем лететь.

— Лететь? Куда?

— Тебе Полина что, не говорила? Сегодня утром вычислили местонахождение «Детей Бездны». Надо лететь их брать!

— Отлично, — сказал я. — Значит, летим брать. Где они прячутся?

— Далеко отсюда, на Урале, — ответил Кретов. — Места довольно глухие, но это даже хорошо. Сможем взять их без лишнего шума. А при необходимости… — он помедлил. — Уничтожить.

— Я бы предпочёл взять их живыми. По крайней мере, их главаря.

Перспектива кого-то убить меня совсем не радовала, я бы предпочёл отдать их на честный суд.