Книга В игре, страница 105 – Милослав Князев, Дмитрий Манасыпов, Антон Лисицын, и др.

Сотники виновато молчат. Исайя шмыгает носом и задом отходит обратно в строй.

— Раздайте беруши. Исайя, ты больше не сотник. Ты будешь стирать зипуны и последним хлебать из котла, пока не поумнеешь. Беруши у всех есть?

Драное войско шарит себя по драным карманам. Я же разворачиваю окно Армии и усиливаю отряды предметом «Беруши». Вообще он защищает отряды от «Паралича», который насылают Баньши, и от некоторых оглушающих спеллов. Но в принципе должен защитить и от Колокольчика. Никто не хочет услышать звук, от которого даже Белые Саваны, улыбчивые мертвецы, приходят в изумление.

Чтобы развить успех, я кастую «Вдохновляющая речь». Кажется, сейчас должно сработать. Они достаточно подавлены моим выступлением и медленно, но верно принимают мысль, что меня можно уважать.

— А теперь нам пора. Пора защитить свою землю. Поймите, бойцы. Вы будете сражаться не за своего лорда-капитана. Вы даже будете сражаться не за своего Князя. Вы будете сражаться за свою землю, которую они хотят отнять. Это ваши города хотят разрушить мертвецы. Это ваши семьи хотят обратить мертвецы в свое войско. К нам в двери стучат самые отвратительные создания на свете. Так пойдем и убьем их еще раз!

«Лорд-капитан, бунт в вашей Армии подавлен».

— Ветер говорит, что через два часа в Северном Порту мы встретим авангард мертвяков. Ветер не врет.

— Ветер не врет, – глухим хором повторяют сотники.

«Локация: Северный порт.

Статус: нейтральный».

У Северного порта тленом, гарью и холодом тянет куда сильнее. К какофонии запахов добавляется гнилой соленый душок.

Порт наполнен свистящим воем ветра, шорохом теней и писком крыс. Красноглазые твари мерзко цокоют коготками, но от удара алебардой замечательно разваливаются на две половинки. Кажется, мы нашли развлечение. Будет чем заняться в ожидании флота Белых Саванов. Когда флот высадит десант, крысами для Саванов станем уже мы.

Я выбираю удобную для обороны позицию, в узком месте портовой площади. Если мертвецов будет много, а их всегда много, то выгоднее позиции не найти. Разворачиваю тактическое окно и кликаю пункт «Укрепиться». Мои бойцы-трупоборцы встают лагерем, жгут факелы, кашеварят и негромко матерятся от холода.

— Запомните. Когда начнется сеча, ваши уши должны быть набиты этой гребаной паклей, или из чего вы там наделали беруш, – говорю я.

Краем глаза я замечаю, как толстый пехотинец связывает крыс хвостом к хвосту и деловито куда-то тащит. Не хватало еще отравления!

— Эй, боец! Куда крыс потащил?

— Так в суп мясца охота, – гудит трупоборец. В окне Разговора выбираю «Ответить агрессивно».

— Придурки. Крыс нельзя жрать. Мертвяком станешь. Сколько раз говорил!

— Чего, без мяса теперь совсем? – обижается толстый пехотинец.

— Конина есть. Конину жрите.

— Жесткая она.

— Крыс не жрать ни в каком виде. И не убивать.

Джереми, мой суровый темник, протягивает мне пару беруш. Вообще, моя нынешняя Армия маловата для отдельного Темника. Темник положен для армий от тысячи и выше. Но если поставить Темника в слот для Сотников, и при этом сотников меньше, чем нужно по комплекту, то Темник встает туда как влитой. И остается такой же сильный, не меньше 150 очков урона (считай, минус один Костяной Паладин), круговые атаки, бьет алебардой по темечку через два ряда, поднимает мораль близлежащей пехоте, может руководить отступлением нескольких отрядов. Очень полезный юнит и довольно приятный мужик.