Книга Абсолютная Власть. Трилогия, страница 80 – Александр Майерс

— Покинув Москву, ваш дед приобрёл небольшой клочок земли здесь, на Дальнем Востоке. Он сумел подчинить Очаг, но, к сожалению, это стало его единственным достижением. Всё прочее, чем мог похвастаться род Градовых, появилось благодаря вашему отцу.

Юрист печально вздохнул и посмотрел вдаль, явно вспоминая моего отца.

— Александр Петрович был очень пробивным человеком. Основывал предприятия, заводил знакомства, заключал контракты… — улыбка слегка тронула лицо Базелевского. — Я уж не говорю о том, что он с нуля выковал крепкую дружину и сумел развить ваш Очаг до третьего уровня, благодаря чему присоединил немало земель. Достойнейший был человек.

Вот оно как. Теперь понятно, в кого прошлый Владимир был такой упёртый. Он ведь не бросал попытки исцелить свою магическую инвалидность. Ради этого даже отправился в Тибет, где не терял времени даром — открытая связь с Космосом и развитое тело тому доказательство.

Уверен, что рано или поздно мой предшественник смог бы разобраться, в чём дело, и найти способ подчинить себе прозрачный Исток.

А что касается отца — внутри меня всплыли обрывки воспоминаний. Ничего конкретного, туманные образы, как из полузабытого сна. Но в них Александр Градов и впрямь представал человеком деятельным и несгибаемым.

Я ощутил с ним связь — не кровную, а более глубокую. Александр был близок мне по духу, и желание отомстить за его смерть в этот момент стало по-настоящему искренним.

— Надо полагать, его активность многим не понравилась, — предположил я.

— Ещё бы! У рода появилось много врагов, кроме тех, о ком вы уже знаете. Дело не только в том, что Градовы стали стремительно развиваться… Александр Петрович часто повторял: «Кровь великих князей не вода», — Базилевский снял очки и протёр линзы. — Если коротко, многие стали считать, что он намерен побороться с Островским за титул великого князя и даже занять место в Совете Высших.

— А он и правда собирался?

— Да, — как-то жёстко ответил Филипп Евгеньевич. Мне показалось, он считал это решение моего отца ошибкой. — И я полагаю, что слухи об этом достигли рода Островских. Вот почему война проходила с такой жестокостью и враги стремились полностью искоренить ваш род.

— Началась она всё же по другой причине. Никита рассказал мне про клевету, которую граф Муратов предоставил Совету Высших.

— Это была такая жалкая подделка, что смотреть противно, — фыркнул Базилевский. — Но сработало. Во-первых, Островский наверняка постарался, чтобы Градовых признали изменниками. Во-вторых, у Муратова есть свои знакомства в Совете Высших. Насколько я знаю, его супруга состоит в дальнем родстве с другим членом Совета.

— А я вообще смогу принять титул, учитывая, что наш род вне закона? — поинтересовался я, немного отходя от темы разговора.

— Конечно. Совет не имеет права лишать наследных дворян их титулов. Они пытались протащить закон, который позволил бы им это, но столичная аристократия возмутилась.

— Ещё бы.

— К тому же люди понимают, что вас оклеветали, — добавил Филипп Евгеньевич. — Ваш отец пользовался большим уважением в регионе, и мало кто поверил, что он действительно предал Родину и спелся с японцами.

— Но и мало кто вступился, когда наш род начали истреблять, — сказал я.

— К сожалению, да.

— Ладно, с поводом для войны всё понятно. Но зачем Муратов вообще это начал? Ему так сильно хочется захватить наш Очаг и присвоить элемент Отражения? — спросил я.