Книга Абсолютная Власть 1, страница 139 – Александр Майерс

— Ладно, — пожал плечами Штиль.

Когда дружинник и пленный вышли из столовой, Филипп Евгеньевич допил чай и встал возле окна. Глядя на свой сад, он заложил руки за спину и решительно кивнул сам себе.

Война начинается заново. За Базилевским — юридический фронт. Сражения будут проходить тихо, но оттого будут не менее смертоносными.

— Приступим, — сказал Филипп Евгеньевич. — Пора нам перейти в наступление!

Поместье Градовых

Позже тем же днём

Моргун сидел за верстаком, сосредоточенно вкручивая в корпус артефакта кристальный конденсатор. Его пальцы, толстые и неуклюжие на вид, двигались с хирургической точностью.

Выяснилось, что среди моих дружинников он лучше всех разбирается в магических приборах. Во время войны он как раз занимался обслуживанием боевых артефактов.

Я наблюдал за Моргуном глазами ворона, который сидел на подоконнике. Сам в это время находился в том же лесу, что и вчера, в нескольких километрах от купола.

— Конденсатор на месте, — сказал солдат и отодвинулся, оценивающе глядя на плод своих трудов.

Артефакт выглядел неказисто и напоминал кастрюлю, в которую напихали различных магических компонентов. Собственно, мы и взяли в качестве корпуса старую чугунную кастрюлю, которую Моргун заизолировал расплавленным свинцом.

Простые люди не могли изготовить артефакт с нуля, потому что были не в силах создать магограмму. Но вот разобрать один артефакт и сделать из него другой было вполне реально. Разумеется, при условии, что человек соображает в принципах работы магических устройств.

Моргун соображал, к тому же я направлял его действия. В прошлой жизни я своими руками создал множество артефактов — от обычных зачарованных предметов до сложнейших техномагических приборов.

Вообще, условно артефакты делились на два вида: простые и сложные. Зачарованные предметы, как мои черепа воронов, считались простыми. Ведь для их изготовления требовались лишь подходящая магограмма и определённое количество маны. То, что сделать их было вовсе не просто — другой разговор.

А вот изделия вроде лучемёта или того, что мы с Моргуном делали сейчас, являлись уже сложными. Мана в них проходила несколько этапов преображения для того, чтобы в итоге получился нужный эффект.

По сути, это была смесь науки и магии. Ведь первая действует по строгим законам, а вторая непредсказуема. Создавая сложные артефакты, мы заставляли чары работать стабильно и каждый раз одинаково.

Подобная техномагия была почти не развита на Земле. Лучемёты, сферогенераторы, кристальные фонари и другие артефакты — всё это были игрушки по сравнению с тем, каких высот добилась артефакторика в Империи Этерниса.

Это значило, что передо мной открываются большие перспективы. Я смогу показать землянам такое, что они и представить не могли…

А начинать приходится с кустарного артефакта, собранного в старой кастрюле. Забавно.

— Сдвинь стабилизатор маны на три деления, — сказал я через ворона.

Дружинник глянул на птицу и кивнул. Взяв пинцет, он осторожно прокрутил медный диск в нижней части артефакта.

— Теперь синхронизируй резонатор.

Моргун кивнул и сделал, что было сказано, а затем пробормотал:

— Ну, вроде готово.

— Вставляй кристалл, проверим.

Дружинник отыскал на верстаке, заваленном деталями и инструментами, мана-кристалл. Вставил его в нужное место и поднял рычаг.