Книга Абсолютная Власть 1, страница 121 – Александр Майерс

Зубр улыбнулся. Глушь и темнота. Отличное сочетание.

Где-то там, в этой самой глуши, ехал человек, который ещё не знал, что смерть уже идёт за ним по пятам.

Спасибо всем, кто продолжает оставаться с историей! Следующая глава выйдет в понедельник.

Солнце клонилось к горам, окрашивая небо в багряный цвет. После Владивостока, где воздух был загажен выхлопами, дышалось легко и приятно. Но чем выше мы поднимались, тем злее становился холодный ветер.

Узкая тропа вилась меж скал, будто змея. Я ехал впереди, чувствуя, как осторожно лошадь переставляет копыта. Мы были бы рады ехать быстрее, но под ногами было много камней, а справа и вовсе зиял обрыв. Далеко внизу шумела река.

— Смотрите, медведь, — сказал вдруг Артём, указывая вниз.

На берегу и правда был молодой медведь, который стоял, сосредоточенно глядя в воду. А затем вдруг бросился вперёд, нырнул и вынырнул уже с рыбой в зубах.

— Молодец! — воскликнул Артём, поднимая кулак.

Медведь посмотрел на нас и поспешил скрыться в лесу.

— Звери — это хорошо, — сказал Секач, поправляя тесаки за спиной. — Значит, монстров поблизости нет. Пока что.

— Думаешь, мы их встретим? — спросил я.

— Очень даже может быть. Чем дальше в глушь, тем больше тварей. Это возле городов и в дворянских владениях разломы быстро закрывают. А если он где-то здесь в горах откроется — кто знает, сколько монстров из него успеет вылезти.

— Нам бы не помешал разлом. Я как раз хочу встретиться с сильным монстром, — сказал я.

— Зачем? — удивился Секач.

— Мне нужен камень души.

— А-а. Ну если поохотиться хотите, я не против, — улыбнулся дружинник.

— А я против, — пробормотал Артём. — Давайте мы без монстров обойдёмся, ваше благородие. Я в жизни только одного видел, и мне вот так хватило, — он провёл ладонью над рыжей головой.

— Тебя никто не заставляет сражаться, — сказал я.

— Я и сам не хочу, но не стоять же в стороне, как девчонке, — пожал плечами парень.

— Ваше благородие, — Ночник прервал наш разговор, подъехав ко мне вплотную. — За нами кто-то едет.

Я обернулся и пригляделся. Далеко позади что-то мелькнуло. Один всадник, не больше, держится на расстоянии, но не отстаёт.

Я заметил его ещё когда мы покидали Романовку. Преследователь хорошо скрывался, и несколько раз я терял его из виду. Но был уверен, что он продолжает следить за нами, и специально ждал, когда мы поднимемся повыше в горы.

— Вижу, — кивнул я. — Возьми кого-нибудь и подождите его. Схватить живым.

— Слушаюсь, — кивнул Ночник и спешился, подав знак другому дружиннику.

Мы продолжили путь, замедлив шаг. Тропа сузилась ещё сильнее, и теперь по ней мог идти только один конь. Слева была скальная стена, справа — обрыв. Лошади фыркали, с опаской поглядывая на шумящую в обрыве реку.

Солнце почти скрылось за горами. Мы прошли ещё немного и оказались на достаточно широкой площадке. Я натянул поводья и поднял руку, давая сигнал остановиться.

— Зажгите фонари, — сказал я. — Подождём Ночника.

Дружинники достали из поклажи керосиновые лампы и зажгли их. Оранжевые всполохи разогнали наступающие со всех сторон тени, и от меня не укрылось, как Артём облегчённо выдохнул.

— Я чуть пройдусь, гляну, что впереди, — сказал Секач.

Я молча кивнул, и дружинник, подняв фонарь, пошёл дальше по тропинке. Остальные тем временем успокаивали лошадей, которым темнота нравилась ещё меньше, чем Артёму.