Книга Абсолютная Власть 4, страница 39 – Александр Майерс

— Благодарю, — кивнул я. — Надеюсь, Совет Высших не станет ставить нам палки в колёса.

Мы ещё некоторое время обсуждали текущие дела — распределение средств на восстановление, логистику, новые назначения в администрации. Затем Филипп Евгеньевич сказал:

— К слову, я постепенно начал передавать все текущие юридические вопросы нашего рода своему помощнику, Артуру. Я уверен, он справится.

— Отлично, — я был искренне доволен. Это означало, что Базилевский всё больше сосредотачивался на большой политике, и это было именно то, что нам было нужно. — Ваш выбор я всегда уважал.

В этот момент в кабинет постучали и вошёл слуга с письмом в руках. Конверт был из плотной, дорогой бумаги, с оттиском сургучной печати — стилизованный вепрь. Я не узнавал этот герб.

— Вам, господин. Только что доставили, — сказал слуга и, поклонившись, вышел.

Я вскрыл конверт и пробежался глазами по аккуратным строчкам. Затем посмотрел на Базилевского.

— От графа Петра Ярового.

Филипп Евгеньевич приподнял брови с явным интересом. Я продолжил читать вслух:

— Барону Владимиру Александровичу Градову. Поздравляю с победой и благодарю за проявленную мудрость и миротворчество. Проявленная вами воля к установлению порядка, а не к дальнейшему кровопролитию, вызывает глубокое уважение. Прошу о личной встрече в удобное для вас время в моём поместье. Есть нечто важное, что необходимо обсудить. С надеждой на сотрудничество, граф Пётр Яровой.

Я отложил письмо.

— Что вы о нём знаете, Филипп Евгеньевич?

— Яровой? Достойный мужчина, — Базилевский откинулся на спинку кресла. — Суровый, прямой, старой закалки. В молодости был знаменитым охотником на монстров. Несколько раз бывал на Расколотых землях и вернулся оттуда не только с баснословными трофеями, но и живым. Это о многом говорит. В политике всегда держался особняком, но его слово имеет огромный вес, особенно среди военных и тех, кто ценит силу.

— Интересно, — протянул я. — И чего он хочет от меня? Просто так, из уважения, он бы не стал просить о встрече.

— Вы правы, — согласился юрист. — Учитывая его прошлое и ту самую важную причину, о которой он пишет… А также учитывая тревожные сообщения о возросшей активности магических аномалий за последние недели… Думаю, дело серьёзное.

Упоминание об аномалиях задело во мне потаённую струну. Я вспомнил то, о чём не рассказывал никому — то, что я увидел и почувствовал тогда в разломе в лесу. Знакомый, ненавистный холод и оскал Зубарева, искажённый силой Мортакса. Если аномалии активизируются, это могло быть связано с ними.

Мысль пронеслась мгновенно. Если Яровой, с его уникальным опытом, обращается ко мне, значит, он видит угрозу, которую не может проигнорировать. И если эта угроза связана с моим старым врагом, то ждать нельзя.

Я взял лист бумаги и быстро написал ответ, соглашаясь на встречу. Велел слуге немедленно отдать письмо гонцу Ярового.

— Вы едете к нему? — спросил Базилевский, наблюдая за моими действиями.

— Сегодня же, — подтвердил я, вставая. — Если старый охотник на монстров просит встречи, значит, это и вправду что-то серьёзное. И, учитывая последние события, промедление может быть опасным.

Филипп Евгеньевич кивнул, его лицо стало серьёзным.

— Будьте осторожны, Владимир Александрович. Яровой честен, но его мир… он отличается от нашего. Там другие правила.