Книга Абсолютная Власть 4, страница 114 – Александр Майерс

Графиня перебрала с дюжину платьев, прежде чем остановилась на облегающем платье цвета тёмной вишни, с разрезом на бедре.

Она наклонилась к зеркалу, подвела губы, поправила волосы. И поймала себя на том, что улыбается отражению — не привычной расчётливой улыбкой, а какой-то… смущённой, почти девичьей.

Эмилия видела в своих глазах неподдельный блеск, румянец на щеках. Это злило её и восхищало одновременно. Чёрт возьми, она вела себя как глупая девица перед первым свиданием!

Взяв себя в руки, Карцева медленной, томной походкой, которой завидовали все светские львицы, спустилась в гостиную.

Михаил стоял у камина, спиной к ней. Он обернулся, услышав её шаги. Его глаза встретились с её взглядом. В них не было ни тени подобострастия или извинения за незваный визит. Лишь знакомый вызов.

— Графиня, — кивнул он.

— Михаил Александрович, — Эмилия сделала паузу, давая ему оценить её наряд, её безупречный вид. — Какой неожиданный… и бесцеремонный визит. Надеюсь, тебя не постигли неприятности в дороге?

— Нет, — коротко бросил он. — Проезжал мимо. Решил заглянуть.

«Врёшь, — пронеслось у неё в голове. — Ты приехал специально. А я… ждала тебя».

— Что ж, раз уж ты здесь, — томно протянула она, — не желаешь ли прогуляться по саду? Погода сегодня восхитительная.

Он молча предложил ей руку. Его пальцы сомкнулись на её запястье с той же властной силой, что и тогда, ночью. И снова по её спине пробежали мурашки.

Они вышли в сад. Утренний воздух был чист и прохладен. Солнце пробивалось сквозь листву, окрашивая всё в золотистые тона.

Они шли по аккуратным дорожкам, и Эмилия вела светскую, ни к чему не обязывающую беседу, наслаждаясь близостью Михаила и тем напряжением, что витало между ними.

Неожиданно Градов свернул с тропинки, уводя её вглубь зарослей сирени, за высокую живую изгородь, в укромный, скрытый от посторонних глаз уголок.

— Михаил, что ты… — начала она с притворным возмущением, но он уже прижал её к стволу старого клёна, и её слова утонули в его поцелуе.

Поцелуй был таким же грубым, как и тогда. В нём не было нежности, лишь жгучее, нетерпеливое желание. Руки Михаила скользнули по её бёдрам, задирая подол платья.

Карцева сделала вид, что пытается оттолкнуть его, упёршись ладонями в его грудь, но тело выдавало её с головой — оно выгибалось навстречу, отвечая на каждое прикосновение с постыдной готовностью.

Она снова тонула в этом море запретного огня, готовая отдаться ему прямо здесь, на земле, как последняя служанка…

И в этот самый миг воздух пронзил пронзительный писк. Он резанул по ушам, заставляя вздрогнуть. Затем, откуда-то со стороны поместья, в небо ударили три алых луча, ярких даже в солнечном свете.

Михаил мгновенно оторвался от неё, его тело напряглось, как у зверя, учуявшего опасность.

— Что это? На тебя напали?

Прежде чем Карцева успела ответить, из-за деревьев выскочил, спотыкаясь, дружинник. Его лицо было перекошено ужасом.

— Госпожа! Монстры! И аномалии! Несколько разломов открылось вокруг поместья!

Издалека донёсся протяжный, леденящий душу рёв. Не человеческий, не звериный. И ещё — крики, брань, вопли людей.

Эмилия резко выпрямилась. Её лицо стало маской холодной ярости. Кто-то посмел посягнуть на её землю!

— За мной! — крикнула она Михаилу и бросилась бежать к краю сада, откуда открывался вид на поле перед главными воротами.