Онлайн книга «Абсолютная власть 5»
|
Но Николаю было плевать. Он смотрел вверх, на бледный лунный свет, пробивающийся сквозь толщу воды, и думал о простых вещах. О том, каким ярким было солнце в детстве, когда он гонял с мальчишками по окраинам Владивостока. О запахе тёплого хлеба из пекарни. О первом поцелуе с соседской девчонкой. «Я ЗАБЕРУ ТЕБЯ! ТЫ СЛЫШИШЬ МЕНЯ, СОСУД? Я ВЫЖГУ ТЕБЯ ДОТЛА!» Боль усиливалась. Но Зубр уже почти не чувствовал своего тела. Оно стало чужим, далёким. Ему было холодно. Очень холодно. Рёв аномалии, крики Мортакса — всё это уходило куда-то далеко-далеко, превращалось в едва слышный гул на краю сознания. И тогда внутри что-то щёлкнуло. Боль исчезла, словно её и не было. Вместо неё пришло… ничего. Пустота. Но не та, желанная пустота небытия, а другая. Холодная, чуждая. Его тело дёрнулось. Рука, не повинуясь его воле, обхватила торчащий из живота металлический кол. Пальцы сжали гладкую поверхность с такой силой, что послышался скрежет. И затем тело с чудовищным усилием стало вытягивать кол из раны. Боль должна была быть невыносимой. Но её не было. Зубр едва не обезумел от ужасного осознания того, что его плоть действует сама по себе, а он никак не может противиться. Кровь хлынула сильнее, но почти сразу поток ослабел. Изнутри к ране потянулись чёрные щупальца энергии. Они сплелись по краям, стянули плоть, как грубые хирургические нити. Заживление было быстрым, мерзким на вид и абсолютно безболезненным. Тело заработало ногами и руками, начав грести к поверхности. Движения были резкими, экономичными, лишёнными паники или усилия. Совершенно нечеловеческими. Зубр наблюдал. Он был пассажиром в собственной голове. Заперт где-то в глубине. Он видел, чувствовал, но не мог ничего сделать. Не мог даже пошевелить пальцем. Ужас, который должен был заполнить его, был сжат в крошечном уголке его сознания. Основное пространство занимала ледяная, безразличная пустота. Голова вынырнула на поверхность. Тело, не обращая внимания на штормящие волны и продолжающиеся всплески магической энергии, ритмично и неуклонно поплыло к ближайшему обрывку суши — к остроконечной скале у подножия острова. Это заняло несколько минут. Каждая секунда была для Зубра пыткой осознания. Он был полностью беспомощен. Его воля ничего не значила. Его тело больше не принадлежало ему. Оно было инструментом. И инструмент выполнял свою задачу. Рука с окровавленными, изодранными в клочья пальцами вцепилась в острый выступ скалы. Тело выкарабкалось на камни, обдирая кожу и мясо, и отползло в небольшое углубление, укрывшись от аномалии. Оно село, скорчившись, и замерло. Из раны на животе сочилась чёрная, густая жидкость. Только теперь голос Мортакса зазвучал снова. Спокойно. Без эмоций. Но от этого он был в тысячу раз страшнее, чем все его прежние крики. «Ещё одна такая выходка, сосуд, и я навсегда сотру то, что ты называешь своим „я“. Оставлю лишь базовые инстинкты. Ты станешь идеальным исполнителем. Без сомнений. Без страха. Без этой глупой сентиментальности. Понял?» Зубр попытался ответить. Попытался найти внутри себя гнев, ярость, хоть что-то, чтобы противостоять. Но всё, что он смог извлечь из глубины своей заточенной души, был жалкий, скулящий звук. Он не мог даже управлять своими голосовыми связками. Но мысль всё же пробилась: |