Книга Абсолютная власть 5, страница 21 – Александр Майерс

«Не останавливайся! Греби!»

Внутри что-то шевельнулось. По жилам пробежал отвратительный холод. Сила Мортакса. Она зацементировала боль, отодвинула её на второй план, заставила мышцы двигаться снова. Зубр, стиснув зубы, махнул вёслами. Лодка дёрнулась вперёд.

Но аномалия защищалась. Это было не разумное существо, а слепая, яростная сила, но её инстинкт самосохранения был очевиден. Чем ближе он подплывал, тем чаще на него обрушивались атаки.

Воздух сгустился до состояния стены. Лодка будто упёрлась в желе. Грести стало невозможно. Вёсла гнулись, трещали. А потом на Зубра накатила волна обжигающего воздуха. Кожа на лице и руках покраснела, дыхание перехватило, глаза вспыхнули от боли.

Из основания торнадо вырвался сноп пламени ослепительно-белого цвета. Он, словно живой, извивающийся змей, метнулся прямо к шлюпке. Зубр увидел его, но сделать ничего не успел.

Удар был страшной силы. Белое пламя ударило в лодку, и та не загорелась, а просто… рассыпалась. Металлические скобы расплавились и испарились в одно мгновение.

Зубарев даже крикнуть не успел, как оказался в ледяной, бушующей воде.

Холод обжёг его сильнее, чем огонь. В лёгкие хлынула солёная вода. Зубр барахтался, выныривал, кашлял, отчаянно хватая ртом воздух.

Волны швыряли его, как щепку. Сила Мортакса внутри него сопротивлялась, пыталась удержать на плаву, но давление аномалии было слишком велико. Оно давило на его магическую сущность, пытаясь разорвать связь между духом и телом.

«Плыви! К берегу!» — голос в голове ревел, но звучал приглушённо, будто из-за толстого стекла.

— Заткнись… — прохрипел Зубр.

Он был уже недалеко от острова. Видел чёрные, заострённые скалы, похожие на клыки чудовища. Но между ним и спасением было ещё метров пятьдесят кипящей от магии воды.

— Не могу… нет сил…

И тогда пришла вторая атака. Что-то твёрдое, острое и невероятно быстрое. Николай даже не успел увидеть, что это. Просто почувствовал страшный удар в живот, ниже рёбер, и оглушительную боль, разлившуюся по всему телу.

Он замер, широко раскрыв глаза от непонимания. Посмотрел вниз.

Из тела, пронзив его насквозь, торчал металлический прут с кулак толщиной. Вода вокруг мгновенно окрасилась в тёмно-багровый цвет.

Боль была настолько всепоглощающей, что на секунду даже заглушила голос Мортакса. Зубр перестал барахтаться. Просто повис на этом жутком штыре, чувствуя, как из него вытекает жизнь.

«Всё. Конец. Вот так я и умру. Захлебнусь, насаженный на кол».

И с этой мыслью пришло неожиданное, почти блаженное облегчение.

Больше не надо бороться. Не надо слушать этот голос. Не надо вести этих несчастных уродов на убой. Не надо мстить Градову, который, по большому счёту, просто оказался сильнее и умнее. Не надо быть марионеткой в руках существа, которое хочет уничтожить весь мир.

«Да и плевать, — подумал Зубр, и в этой мысли не было даже злости. — Лучше сдохну. И пусть ты, Мортакс, попробуешь вылезти из моего тела на такой глубине, под этим давлением, в этой ледяной воде. Попробуй, сука. Может, и тебя там прихлопнет».

Он перестал сопротивляться. Расслабил мышцы. Позволил тяжести своего тела и металлического кола потянуть его вниз. Тёмная, холодная вода сомкнулась над его головой.

«НЕТ!»

Голос в голове взревел так, что казалось, череп треснет. По телу Зубра прокатилась волна мучительной, выворачивающей наизнанку боли. Хуже, чем от раны.