Книга Мастер душ. Том 4, страница 67 – Илья Ангел

Вскинув руки, он освободился от сковывающих тёмных пут и повернулся, встречаясь со мной лицом к лицу. Я ударил кинжалом Вечности ему в грудь, вкладывая доступную мне временную силу и пробивая его броню и тело, доставая до самого сердца.

Я ощутил, как нагрелся кинжал, а символы на лезвии начали то тускнеть, то загораться вновь. Демон захрипел, превращаясь в моих руках в чёрный зловонный пепел, часть которого начала окутывать мою руку и проникать в кинжал.

— Мог бы и предупредить о действии артефакта, — простонал я, падая на колени, когда отведённые мне десять секунд прошли. Меня словно выворачивало наизнанку, в то время, как тело в очередной раз перестраивалось, возвращаясь к своему изначальному виду.

Я выронил кинжал Вечности, вспыхнувший красным пламенем у меня в руке. Два символа, тот, что появился на нём после схватки с Вапулой и новый, ярко вспыхнули и тут же погасли. Притянув кинжал ближе, я рассмотрел едва проступающие символы и вогнал его в ножны, падая на спину. Я, пытаясь отдышаться, смотрел на чёрное небо, ожидая очередные колкости от артефакта в попытке оправдаться, но он был на удивление молчалив.

— Паша? — я позвал перстень, оглядывая себя зрением душ. Кольца были истощены, особенно четвёртое. Мне даже казалось, что в некоторых местах я увидел надрывы в плотном ободке первозданной энергии. Да и собственных сил и магии ядра не осталось.

— Я думаю, — напряжённо ответил он. — Ты мне поверишь, если я скажу, что понятия не имею, как это вышло? Я видел раньше действие подобного артефакта, но чтобы активирующий его трансформировался в демона и взял его силу — нет. Да, если честно, я видел, как его применяли против быка. Вот против него было эпично, конечно, зверь на зверя, глаза у обоих горят, прут лоб в лоб, рога на рога, но это того не стоило. Хозяина на следующий день прирезали в кабацкой драке, а такой, как оказалось, очень ценный артефакт был потрачен почём зря. Жаль, что одноразовый.

— Поправь меня, если я не ошибаюсь, — поморщился я от прострелившей боли в груди, когда я пытался подняться. — Ты в очередной раз решил действовать экспромтом, надеясь на свои обрывчатые знания о каком-то предмете? — процедил я.

— Ну, я бы не был так категоричен в твоём умозаключении, тем более что всё получилось, а ты мне так и не сказал, откуда ты знаешь демоническую технику разлома пространства…

В этот миг пространство впереди исказилось, и прямо передо мной возникла фигура в длинном, потёртом плаще.

— Неплохо, — проговорил мужчина, поворачиваясь ко мне. — Даже смог меня удивить, и мне не пришлось вмешиваться, — с этими словами он повернулся ко мне, осматривая меня тяжёлым, хищным взглядом ярко-синих глаз.

— Владимир Уваров? — задал я этот тупой вопрос. Он был практически точной копией моего отца, только немного старше.

— Так и есть, — он медленно кивнул, усмехнувшись. — И, судя по этим наглым глазам, ты сын моего непутёвого отпрыска.

* * *

Лебедев вёл Романа по длинному, слабо освещённому коридору в глубине императорского дворца. Воздух здесь был спёртым, пах пылью и чем-то знакомым оборотню. Приторный, едва уловимый запах смрада и разложения.

— Куда мы идём? — напряжённо спросил Роман.

— В место, куда, как мы все считали, не ступала нога человека уже лет сорок, — буркнул Лебедев, останавливаясь перед массивной железной дверью. На ней не было ни замка, ни ручки, лишь выцветшая от времени защитная руна.