Книга Глаз в огненном кольце, страница 4 – Анастасия Машевская

Бансабира сложила руки на груди. Её внимание от веселящихся близнецов переключилось на мужа и старшего сына. Сагромах прикладывал все силы для воспитания Гайера. Впрочем, наверное, на самом деле ему для этого нужно было совсем немного. Сагромах был воплощенным образцом для подражания вo всем, разве что сейчас несколько утратил в силе – из-за возраста. Но что поделать? Всем им рано или поздно на смену приходят те, кто может держать выше щит и крепче меч.

Все люди с возрастом увядают, как цветы, склоняясь к земле. Так стоит ли удивляться, что опускаются ниже руки? Меч, воткнутый острием в землю, все ещё меч, и при должной силе характера его всегда можно вскинуть вновь. Хотя бы – в последний раз.

Гайер и Сагромах бились здорово. Γайер на мгновение отвлекся на веселящихся сестру и брата – Маатхас воспользовался минутным промедлением и свалил парня на спину. Что-то сказал, протянул руку, помог встать на ноги. Тем не менее, Гайер действительно хорош. Сказывалась школа Раду. Вот только последнего прямого тана Серебряного дома берегли как зеницу ока, и существенной доли в обучении сына не хватало. Ему ведь уже пятнадцать, размышляла женщина. Совсем скоро наступит день, когда он сам возглавит танаар, а тан без действительного воинского опыта едва ли надежен.

— Шинбана, Шиимсаг! – кликнула Бану, отталкиваясь от замковой стены и продвигаясь к трениpующимся. Дети откликнулись тут же.

— Она дразнится! – тут же заявил Шиимсаг, взъерошенный и покрасневший от мороза.

— А он копается, как жук! – ответила девочка, не менее раскрасневшаяся от холода и борьбы.

— Давай на мечах! – взвился Шиимсаг с новой силой.

— Давай!

Сагромaх неподалеку опять повалил Гайера на лопатки и теперь помогал встать.

— Отлично, сынок! – Сагромах тяжелой рукой по-мужски обнял сына в плечо, а потом по-отцовски взлохматил густую черную шевелюру Гайера дружелюбной оплеухой.

— Идите в дом, вам пора погреться, – сказала Бану близнецам. Обернулась к поджидавшему оружейнику, дала знак рукой. Тот бросил танше копье. Бану поймала и двинулась на середину тренировочного поля.

— Ну мам! – воскликнули близнецы в один голос. – Мы ещё недостаточно упражнялись сегодня!

— Точно! – продолжила Шинбана.

— Я сказала вам идти в дом, – напомнила Бансабира. Проходя мимо приближавшихся Сагромаха и Гайера, Бану с нежностью потрепала сына по кучерявой черной челке.

— Ты молодец, – обронила женщина с улыбкой.

— Шинбана, Шиимсаг, - гаркнул Сагромах. - Вы не слышали мать?

Шиимсаг сузил глаза, глядя на сестру.

— В следующий раз я выиграю! – выпалил он. – Вот увидишь!

Таны засмеялись.

— Гайер, у тебя кровь, – добавила Бану, уходя, - приведи себя в порядок.

Юноша приложил укутанный перчаткой палец к губе. Да уж, отец хорошо приложился рукоятью меча.

В центре площадки словно по команде Бансабиру уже ждал Шухран, вооруженный парой коротких мечей. Хорошее должно быть сражение сегодня, в предвкушении улыбнулась Бану и по привычке, несмотря на сильный холод, грациозно скинула тяжелый меховой плащ.

***

— А можно нам посмотреть?! – требовали близнецы.

— Ну пап!

— Ну пожалуйста!

— Мать сказала вам греться, – строго осадил Сагромах, и ребята, наконец, исчезли в чертоге. Сагромах вместе с Гайером остались неподалеку, присели на скамью близ танской оружейнoй, наблюдая за сражением Шухрана и Бану.