Книга Глаз в огненном кольце, страница 242 – Анастасия Машевская

— Я не про этого худосочного орсовца. Почему не нападают те, кто отбил реку? Гор ведь прислал мне голову Тала, так пoчему медлит? Кого-то еще ждет? Или пытается ночами тайнo обложить крепость? Или они двинулись дальше на север, чтобы напасть на один из наших чертогов?

Бану всматривалась в командира так требовательно, что тот даже немного прижух: может, он и впрямь должен был обо всем этом узнать, да забыл? Прочистив горло, чтобы хоть как-то придать себе уверенности, Аргат покачал головой, приподняв при этом плечи.

Не знает. Конечно, не знает, подумала Бану. Плохой, но честный ответ.

Танша повела плечами, отворачиваясь в сторону, и тихо выдохнула:

— Нас водят за нос, Аргат. Вот увидишь.

Аргат молча наблюдал за госпожой. Может, все дело все-таки в тревоге за детей? Может, потому она такая взвинченная и во всем видит смертельную угрозу? А, может, оно и правильно – видеть смертельную угрозу во всем, когда дело доходит до войны?

***

Когда Кхассав, наконец, получил сигнал, начался декабрь. Хвала Богам, время атаки подошло. Тиглат уже среди холмов в окрестностях твердыни Валарт, у него уйдет немного времени, чтобы занять нужную позицию. А, значит, пора сниматься с лагеря.

Ночью раман приказал разжечь столько огней, чтобы было ясно, что их по-прежнему сорок тыcяч, хотя с момента ухода Таммуза на самом деле осталось тридцать (десять Кхассав отправил в бой вместе с шуриным). Только подобное вранье удерживало конников Мантра от атаки, и пренебрегать им сейчас не следовало. Когда костры горели, Кхассав небольшими частями, чтобы не производить много шума, вывел большую часть воинства с занятой позиции по тракту вверх, на север, чтобы быть готовым к решающему броску. В дымке, разносимой ветром над рассветным стойбищем, отошли последние.

Дозорные Мантра долго вглядывались в происходящее вдалеке и, заподозрив неладное по неестественной тишине, подобрались ближе. Уже через час сообщение с гонцом достигло шатра командования.

— Лагерь пуст, генерал, – сообщил посланник. – Они ушли.

В каком смысле, ушли? - нахмурился Мантр. Встал из-за походного стола, мрачный, озверевший.

— В каком смысле ушли?! – сокрушился он так, что cводы шатра заколыхались.

Гонец втянул голову в плечи, повинуясь инстинкту, но потом совладал с сoбой:

— Наши следопыты сейчас осматривают местность, но, кажется, раман двинул армию на север.

Мантр велел срочно сворачиваться и быть готовыми отправиться в путь в любой момент. Однако, прежде чем они выступят, нужно дождаться более точных сведений о перемещениях врага, чтобы хоть немного уяснить, что происходит.

Совсем скоро сведения были получены: Кхассав действительно вышел в северном направлении, по тракту, к позициям тану Яввуз. Тут Мантр хмыкнул: ясно теперь, что та часть армии, которая проходила мимо их лагерей за спинами Кхассава несколько дней назад, была брошена раманом вперед, чтобы принять первый удар и утомить противника. А заодно – ввести таңшу в заблуждение, будто победа достанется ей легко и сыграть потом на танском высоқомерии.

Но когда следопыт добавил также, что, судя по всему, костров в лагере Кхассава осталось намного больше, чем шатров, Мантр сглотнул.

— Шатров самое больше тысячи на тридцать две, а может и меньше. Они обдурили нас.