Книга Предатель. Оклеветанная Жена. Книга 2, страница 17 – Алиса Лаврова

Но сегодня точно не их день.

Мешочек с камнями, что дал мне Билли, оттягивает пояс. Даже если сейчас на меня решится напасть целая стая, я смогу отбиться.

Я заставляю себя не думать о звуках и сосредотачиваюсь на том, что привело меня сюда. И сразу же чувствую это — тонкий всполох тепла, едва уловимый в холодном дыхании пустоты. Это не яростное эхо, что тлеет в костях мракоплавов, и не угасающий отголосок силы древних артефактов, истлевших от времени. Это что-то живое. Хрупкое, цепляющееся за жизнь из последних сил.

Осторожно переступаю через груду обвалившихся камней и замираю. Передо мной то, что я искал.

Этого не может быть.

Тело — изломанное, пропитанное кровью. Лицо искажено так, что черты почти не разобрать. Но я узнаю её мгновенно.

Лейла Валенс. Истерзанная, переломанная, бездыханная, она лежит на камнях. Нет сомнений — она мертва. Я подхожу ближе и замечаю над её ключицей тусклое мерцание странного символа: тонкие переплетённые линии, похожие на змею, извивающуюся в агонии. От знака исходит слабое, почти призрачное розовое свечение, которое не гаснет. Именно эта странная сила притянула меня сюда. Сила, не похожая ни на одну из стихий.

Я опускаюсь на колено рядом с ней, касаюсь символа пальцами — и тут же отдёргиваю руку. Резкая боль пронзает ладонь, а в голове вспыхивает ослепительный свет. Я едва удерживаюсь, чтобы не упасть. Дыхание сбивается, сердце колотится. Но стоит убрать руку, и боль мгновенно отступает.

Никогда не видел ничего подобного.

Без всякой надежды проверяю её дыхание. И к своему изумлению ощущаю слабый, прерывистый вдох. Словно каждый глоток воздуха — борьба. Пульс едва различим, тонкий, как нить, готовая вот-вот оборваться.

Голос разума твердит: не трогай её. Здесь, на этой выжженной магией земле, милосердие — роскошь, а доброта всегда имеет цену. Я платил эту цену не раз. Оставить её здесь было бы разумно. Она не переживёт подъём наверх, даже если жизнь в ней каким-то чудом ещё теплится. А я потеряю единственный шанс выбраться из этого проклятого места.

— Проклятье, — шепчу я.

Осторожно заворачиваю её в плащ и беру на руки. Она лёгкая, почти невесомая, как ребёнок. Я понимаю, что этим шагом ставлю под удар свою свободу, а может, и жизнь. Но выбора нет.

Лейла Валенс. Та, что, по всем слухам, давно должна была сгинуть. Но судьба, видно, играет по своим правилам — она всё ещё дышит.

— Терпи, — шепчу я, хоть и не уверен, что она меня слышит. — Не смей умирать теперь.

11

Лейла

Сознание возвращается медленно, будто тёплая вода сочится сквозь трещины разбитой чаши. Первое, что я ощущаю, — тепло под спиной. Оно обволакивает, мягкое, как ткань, но не внутри меня, а снаружи.

От камня? От огня? Или это змей согревает меня?

Его голос уже не звучит в моей голове, но я ощущаю его незримое присутствие. Он все еще со мной, но безмолвен, словно затаился.

Туман в голове медленно рассеивается, а вслед за ним приходит постепенно нарастающая боль. А за болью возвращается слух, обаняние и зрение.

Пахнет сыростью пещеры, слабым дымом и чем-то резким, терпким — словно кто-то жег горькую траву.

Пытаюсь шевельнуть рукой, но тело отвечает болью, острой и глубокой, будто кости срослись криво. Горло саднит, словно я кричала до хрипоты. Губы сухие, потрескавшиеся, с привкусом крови.