Книга Развод. Тебе меня не сломать, страница 19 – Галина Колоскова

— Рад, что вы выздоровели. Здоровья вам, Ефимия Максимовна!

Уже все в курсе, что Ефимия Уварова чокнулась? Или только те, кто должен меня задержать или за мной следить?

— Спасибо, – старательно улыбаюсь в ответ, но знаю, что через пять минут Игорь уже будет знать о нашем побеге.

Нужно спешить. Город мелькает за окном. Я понимаю, что не смогу заскочить к Лене – её адрес Игорь знает. Вспоминаю о Марине, с которой не виделась года три – её квартира на окраине, в районе, где нас вряд ли будут искать. Туда и направляюсь.

Первым делом звоню Лике. Сердце бешено колотится, пока слушаю гудки.

— Алло? – голос дочери заспанный, раздражённый.

— Лика, это мама…

— Чего тебе? – в трубке раздаётся мужской смех: «Кто, нам мешает, любимая? Твоя сумасшедшая мамаша выбралась из подвала?»

Щелчок и снова гудки. Бросаю смартфон на сиденье. Я ни разу не видела её парня, но уже его ненавижу. Чувствую, как влага подступает к глазам. Плотно сжимаю зубы:

«Соберись, тряпка. На слёзы нет времени!»

Лена в отличие от дочери берёт трубку сразу. Голос подруги звучит встревожено:

— Фима, ты где?!

— В машине. С Сёмой. Нам нужно…

— Саша дал номер Сергея, сброшу тебе его сейчас! – Она перебивает меня. – Слушай внимательно – отправляйся в Москву. Сейчас же. Если останешься здесь, потеряешь не только Лику, но и себя. И Сёму…

Я смотрю на сына. Он притих, прижав к груди мишку. Глаза полны такого доверия, что хочется остановить машину, обнять его, сказать, что всё будет хорошо. Но останавливаться нельзя.

— Хорошо!

Набираю номер Сергея, как только выезжаем на трассу.

— Алло? – официальное для надоедливых: – Представьтесь!

— Это я… – голос предательски дрожит, но я стараюсь держаться. – Мы с сыном едем в Москву…

— Я вас жду!– коротко, грубо, но действенно.– Встречу на въезде в город.

С этой секунды я еду не в неизвестность.

За мной – разбитая жизнь, предательство, боль.

Впереди – борьба с врагами, со страхами, и надежда.

Я больше не жертва, а мать, защищающая своих детей. И буду бороться. До конца.

Ефимия

Московский дождь стучит по крыше машины. Мы подъезжаем к дому. Сергей паркуется с профессиональной аккуратностью – ни одного лишнего движения, всё рассчитано до миллиметра. Наблюдаю за сильными мужскими руками, уверенно сжимающими руль моего «Мерседеса». Воспоминания двадцатилетней давности настойчиво бомбардируют мозг. Когда-то я замирала, заметив его высокую фигуру на школьном дворе.

Встряхиваю головой, возвращаясь в «здесь и сейчас».

— Вот мы и дома, – сообщает Сергей, оборачиваясь к Семёну. – Ну как, боец, выдержал дорогу?

Сёма молчит, прижимая к груди медвежонка. У моих детей глаза Игоря – эти смотрят на нового знакомого с недоверием.

— Он стесняется, – шепчу, оправдывая маленького «буку».

— Ничего, познакомимся постепенно, – Сергей улыбается. В уголках прищуренных глаз собираются лучики морщинок. Грозный майор мгновенно превращается в доброго «няшку».

Квартира встречает нас запахом свежести и лимона. Включаю свет и невольно улыбаюсь. Всё на прежних местах. Даже ваза с искусственными цветами стоит на той же тумбочке, что при маме.

— Соседка, Марья Ивановна – золотой человек, – говорю, проводя пальцем по полированной поверхности комода. – Тридцать лет убирается у нас, ещё с тех пор, когда здесь жили родители. Чистота всегда идеальная. Ни пылинки.