Книга Параллельный фарватер. Отклонение от курса. Книга 1, страница 114 – Глеб Лютаев

— Хорошо, – сказал в итоге капитан. – Но только смотри, не дай бог, он что-нибудь ещё выкинет.

— Я за ним прослежу. У него бывает такое, иногда. Но поверьте, своё дело он знает и к оружию не полезет никогда.

На том и разошлись. Даниле в ту ночь выспаться не удалось. Умаров уснул только к утру. До закрытия магазина он успел купить второй вертолёт, но запускать не стал. Весь экипаж благополучно вернулся из города, и происшествий в ту ночь больше не было.

На следующий день всё прошло как нельзя лучше. Умаров на удивление не стал продолжать свой праздник и вместе с друзьями-водолазами отправился в Салалу. Большая часть экипажа весь день находилась в городе, и на корабле было относительно спокойно. Парни, дежурившие вчера, тоже ушли.

Данила стоял на трапе с восьми утра до полудня. Время летело быстро. Пока провожал всех на автобус, с каждым перекидывался парой слов и давал советы, куда сходить. Затем побеседовал с матросом, который дежурил с ним на трапе. Чуть позже остальных с корабля сошёл капитан.

После смены Кравцов решил заглянуть к Лене. Обед уже прошёл, хотя есть было, в общем, и некому. Тем не менее, заглянув на камбуз, он поинтересовался, не нужна ли ей помощь. Она с благодарностью отказалась и сказала, что почти закончила. Потом робко пригласила его к себе в каюту выпить чаю.

Со вчерашнего дня им не было смысла скрывать свои отношения. Все уже и так обо всём знали. Единственный вопрос, который теперь был спорным на корабле, так это спали они вместе или нет. Тут шансы были пятьдесят на пятьдесят. Одни с уверенностью утверждали, что спали, мол, на дворе двадцать первый век и они успели переспать, как только познакомились. Некоторые считали, что с этого всё и началось. А другая половина стойко доказывала, утверждая обратное. Ведь если бы спали, то наверняка хоть один человек, да застукал бы их за этим занятием в каком-нибудь уединённом месте, коих на корабле не так уж много, а вернее – одно. Женский душ. И всё-таки никто не видел, чтобы Данила заходил туда, а значит, и шансов на их соитие было катастрофически мало.

Было бы глупо обвинять людей в таких вот грязных обсуждениях. В конце концов, количество развлечений в однообразной морской жизни строго ограничено, и сплетни являются одним из способов массовой психотерапии.

Пока ему открыто никто не сказал ничего подобного, Данилу эти слухи особо не волновали. Но как он поведёт себя, если что-то не то услышит, для него самого было загадкой. Справедливости ради надо сказать, что несмотря на все свои положительные стороны, были у него и значительные недостатки.

Порой он был чересчур вспыльчив и плохо контролировал свои действия. Кроме того, он мог не задумываясь оскорбить своих даже самых близких друзей и делал это без особой на то причины, просто шутки ради или когда настроение было плохим. Случалось это нечасто, но тем не менее случалось. Иногда, когда дело вообще обстояло не лучшим образом, он просто не знал меры и мог без особых усилий довести человека, указывая на его недостатки. Зачастую прекращали это уже сторонние наблюдатели, видевшие не лучший исход таких оскорблений. Кравцов останавливался и даже признавал, что неправ. Но осадок у людей после такого всё равно оставался.

Но не это самое страшное. Самым серьёзным недостатком Данилы, который он сам признавал и которого даже немного опасался, была его вспыльчивость. У него была крепкая выдержка практически в любой ситуации. Но были случаи, когда он заводился с самых нелепых мелочей, на которые другие и внимания не обратили бы.