Книга Чужак: Ученик. Охотник. Барон, страница 153 – Игорь Дравин

— Надо же, – продолжает брюзжать мужчина, – вызываю к себе для выяснения подробностей и выказывания своего неудовольствия, а мне предлагают проехать в…

Молчание.

— Ваш доклад очень интересен, отец Эстор, – успокоившись, сказал представительный мужчина в мантии, – но все же, почему вы так уверены в правильности вашего решения? Люди, выдавленные своим миром, чужие для него, встречаются очень редко. А судя по вашему отчету, чужак, ко всему прочему, обладает еще и уникальными способностями, правда, полностью заблокированными. Если в результате вашей, уж простите, авантюры мы его потеряем, то следующий появится через несколько десятилетий, и это в лучшем случае. Объясните мне свою позицию, только подробно, пару ваших сухих строчек официального отчета я уже читал.

— Как скажете, отец Нир, – наклонил голову в сторону человека в мантии отец Эстор, – в принятии именно такого решения я руководствовался следующим. Действительно, такие люди появляются очень редко. За все время, прошедшее после Смуты, из порталов между мирами, которые мы контролируем, появилось всего семнадцать чужаков, помимо остальных разумных. Церковь брала их под свое крыло и выпускала в мир тогда, когда считала их полностью готовыми к предстоящим им испытаниям. Среди них были паладины, маги и даже один пророк. И все они не оправдали возложенных на них надежд. Все погибли, кто случайным образом, кто от рук созданий и слуг Разрушителя. Один из моих предшественников на этом посту после очередной неудачи выдвинул теорию о том, что наш мир также считает их чужаками. Чужак, не воспринимаемый Арландом, не сможет в нем существовать и, тем более, выполнить возложенную на него миссию.

— Я хорошо помню эту теорию, – улыбнулся человек в мантии. – Ваш предшественник на этом посту, насколько мне известно, был нашим учителем, не так ли, Эс? – подмигнул он собеседнику.

Негромкий смех заполнил комнату.

Отсмеявшись, отец Эстор продолжил:

— Память еще не сильно изменяет тебе, Нир. Это удивительно. На твоем месте я бы давно повесился.

— Поэтому ты и не на нем, – буркнул представительный мужчина. – Если бы ты знал, как мне иногда хочется изменить имя, все бросить и удалиться в скит, как это сделал учитель. Как я теперь его понимаю.

— Нельзя, – мгновенно стал серьезным отец Эстор. – Нельзя, отец Нир. Это ваш камень и вам его нести. Я продолжу доклад. Исходя из этой теории, впрочем, довольно спорной и не подтвержденной практикой, я решил ограничить до минимума влияние церкви на вновь поступившего чужака. Не дав никаких инструкций, сведений об окружающем мире, не расставив ему приоритеты, в том числе втайне и от него самого, не дав ему вообще ничего, кроме знания общего языка, я отправил его во внешний мир. В одно из самых сложных для выживания мест, в город Белгор. Неминуемую смерть чужака в течение нескольких часов отсрочили два фактора. Первый: после вздоха твари по неизвестной причине не появляются в окрестностях печатей Падшего. Второй: я отдал его под опеку сэру Матвею эл Тори, больше известному как Матвей Кожа, бывшему главе гильдии охотников Белгора.

— Матвей был не против? – спросил отец Нир.

— Наоборот, он настаивал на этом. Гильдия старается не упускать из виду все события, происходящие вокруг погани, и это им удается. За последние тридцать лет, с тех пор как на должность главы был избран сэр эл Тори, никому не удавалось провернуть любую операцию так, чтобы о ней не стало известно охотникам. Ни нам, ни светским властям. Исключения составляют слуги Падшего. Но, по понятным причинам, на территории, контролируемой гильдией, они стараются не появляться.