Книга Жертва, страница 13 – Глеб Лютаев

Спустя время, может полчаса или час, Кристина перестала рыдать, остались лишь редкие всхлипы. Она выглядела подавленной. Тушь потекла, и лицо покрылось черными разводами, спускающимися вниз по щекам к подбородку подобно изогнутым руслам рек на картах.

Артем достал из ее сумки влажные салфетки и как мог очистил лицо от туши и слез. Затем нежно поцеловал и изложил план, который наспех накидал в голове.

В эти три минуты он постарался вложить всю свою уверенность. Как-никак им предстояла борьба с одним из самых опасных врагов человечества.

5

Когда чета Абрамовых подходила к машине, старушки, торгующие чаем и булочками, больше не желали им здоровья. Мысленно Артем порадовался их молчанию. Он понятия не имел, как отреагирует на доброжелательность людей после пережитого за последний час.

По дороге к маме Артема, у которой они оставили Дашу, Кристина не вымолвила ни слова. Все это время она казалась отрешенной. Пару раз Артем пытался заговорить с ней, но девушка не реагировала. Она смотрела в окно пустым взглядом и не отвечала на прикосновения.

Артему было неловко.

Впервые со дня их встречи он не мог понять, как и с какой стороны подойти к Кристине, как подобрать слова. В конце концов, бросив эту затею, уставился вперед и постарался больше не отвлекаться от дороги.

Так весь путь до района Спутник Абрамовы проехали в тишине, нарушаемой лишь мерным гудением кондиционера.

Артем не знал, как сообщить страшную новость матери. Ей было почти шестьдесят, и крепким здоровьем она не отличалась – в последнее время у нее постоянно прыгало давление. К тому же невестку она любила как родную дочь, поэтому такие известия следовало излагать крайне аккуратно. Артем волновался. Он знал, что матери нельзя нервничать, но держать ее в неведении тоже не мог. Он был обязан все рассказать.

Квартиру в одном из относительно новых районов Пензы Артем купил маме через полгода после смерти отца. Пока папа был жив, родители ни при каких условиях не хотели уезжать из родной деревни. Отец не усидел бы в четырех стенах и дня. Ему, мужику старой закалки, было жизненно необходимо возиться во дворе, копошиться в сарае, что-то вечно ремонтировать в гараже. Кроме того, он не мог представить жизнь без ежедневного и почти священного ритуала: кормления кур. Со временем родители Артема перестали держать скотину, но вот неприхотливых домашних птиц оставили.

Когда у отца случился правосторонний инсульт, он умер не сразу. Врачи прогнозировали смерть через неделю, максимум через две. Однако папа продержался четыре месяца, чем вызвал всеобщее изумление. Ему было немногим больше пятидесяти пяти, но за годы непростой сельской жизни здоровье заметно пошатнулось. И все же после удара папа не переставал сопротивляться и помутнению сознания, и физическому бессилию. Он даже пытался говорить, хотя испытывал серьезные проблемы с речью.

В те месяцы Артем часто приезжал к матери помогать по хозяйству, но всегда ненадолго. В их старом доме отсутствовал интернет, а без него Артем не смог бы работать. Мама все еще надеялась, что отец выкарабкается, знала его характер. Помнится, как горько она плакала, когда они сидели на крыльце, которое отремонтировал Артем. Но даже в тот момент она смогла вызвать на лице сына улыбку, сквозь слезы заявив: